— Да… я бы хотел пристроить на работу одну девушку.
— Вот как? — ее глаза сверкнули любопытством. — Кто же она? Вообще-то, у нас достаточно горничных, но, если тебе так хочется…
Я представил Драдрерику Беалитдоттир в роли горничной: как она ходит по дому в доспехе поверх форменного платья, а, когда ей велят перестелить кровать, вонзает секиру в любимую мамину перину.
— Нет, — рассмеялся я, — эта особа точно не годится на роль горничной.
— Ну, даже не знаю, что же тогда предложить, — растерялась мама.
— Что она умеет делать?
Может участвовать в подпольных боях и случайно вывихнуть руку гостю…
— Нет, знаешь, я ошибся, — отмахнулся я, — ничего не нужно.
— А зачем ты об этом вообще заговорил? — удивился папа.
Я пожал плечами. Действительно, зачем? Глупые мысли.
Когда вернулся в город, дни потекли своим чередом, и я, наконец, сумел выбросить из головы попаданку, окунувшись в водоворот дел. Лейв был полностью поглощен своей очередной влюбленностью, немногие дамы, работающие в полиции, обожали его в этом состоянии: он мог начать читать стихи в приемной у начальника, чтобы развлечь его секретаршу, был мил и приветлив.
Вот когда его очередная великая любовь лопалась, как мыльный пузырь, он становился мрачен, неразговорчив и саркастичен, так что его терпеть был способен только я. А пока влюблен — обаятельнее и очаровательнее мужчины в участке было не сыскать.
— Мистер Стейнсон, вас просит зайти доктор Ормаррсон, — сообщил один из коллег, и мы с Лейвом поспешили в подвал, где обитал главный патологоанатом.
— Неужели еще одно убийство проститутки? — с сомнением протянул я, шагая вниз по лестнице.
— Типун тебе на язык, срок еще не пришел, — буркнул Лейв, потерявший, впрочем, свое благодушие.
В подвале было прохладно, потому что повсюду развешаны специальные охладительные амулеты.
— О, Эрик, Лейв, рад вас видеть, — поприветствовал нас доктор Ормаррсон. Светлый халат его был заляпан чем-то темным, волосы вокруг крупных залысин торчали в разные стороны.
На столе перед ним, впрочем, лежал труп мужчины, а не женщины.
— Что случилось? — я подошел ближе и быстро окинул тело взглядом: никаких следов рунических ран видно не было."
"— Да вот, казалось бы, бытовая смерть, ничего подозрительного: на теле никаких ран. Умер человек от внутренних болезней, можно было бы предположить. Да только ваш молодой коллега решил попрактиковать на нем диагностическое заклинание, и оказалось, что есть следы магии.
