Хотела проползти мимо, но тут арути начали выпрягать лошадей из повозок. Животные задергались вперед-назад, и мне пришлось вновь затаиться. Пока тряслась от страха, вжимаясь в землю, снова обратила внимание на этот мешок. Возможно, в нем есть сменная одежда и мне удастся переодеться, поменяв замызганное кровью и грязью, облегающее, неудобное платье, в котором дальше путешествовать будет сложно. Протянула руку к мешку, потом отдернула: как же стыдно и морально тяжело сделать задуманное. Повозка снова дернулась, раздался недовольный рев одного из арути, и я решилась.
Шустро выхватила мешок и снова затаилась под повозкой.
Никто ничего не заметил, а я трясущимися руками и с колотящимся сердцем развязала шнурок и закопошилась в мешке. Обнаружила пару чистых штанов, две чистые большие прямоугольные тряпицы — видимо портянки, две рубашки и одну утепленную жилетку. Вытащила штаны, рубашку и жилетку, которая оказалась с ручной вышивкой. Наверное, мать с любовью украсила для сына одежку, а он теперь тут лежит.
Мертвый. На радость падальщикам!
Неожиданно слезы закапали на шерстяную ткань, оставляя на ней темные влажные пятна — душа не выдержала, оплакивала погибших и чье-то разбитое сердце. Но медлить и раскисать некогда — арути очень сноровисто освобождали лошадей и сгоняли их в небольшой табун. Неописуемо извиваясь всем телом, стащила с себя верхнее платье. Нижнюю рубашку, свернув в рулончик, запихала на дно рюкзака.
Хвала Пресветлой, на мне походные грубоватые ботинки, думаю, никто не будет обращать внимание, на такую незначительную женскую деталь.
Портянками забинтовала грудь, чуть надорвав штаны, чтобы хвосту было удобнее, быстро оделась в мужскую одежду, заправив под рубашку косу, а сверху — на манер восточных гоблинских племен — покрыла голову своей косынкой, которая только чудом не потерялась и криво болталась на шее, заляпанная грязью и каплями крови. Получилось закрыть лоб, свернуть ее руликом вокруг головы, а свободными краями прикрыть нижнюю часть лица и шею.
Я размазала грязь по лицу и, закинув рюкзак за спину, продолжила путь к Хему.
Дрожа от страха, так что кровь стремительно бежала по венам, а сердце стучало в ушах, наконец, добралась до головной повозки и теперь, выглядывая из-за трупа человека, лежащего возле одного из колес, следила за обстановкой. Пара десятков арути, размахивая копьями, сгоняли в кучу к остальным шестерых людей, среди которых две женщины.
