Это большая честь для того, кому посвящают танец. Когда для меня Кервааль в свое время танцевал один раз, чтобы завоевать внимание и любовь, — я тогда думала, что меня разорвет от счастья и гордости.
Последние слова она произнесла с улыбкой и ностальгией в голосе. И погладила свой выпирающий живот.
— Ну, сейчас-то он любит тебя явно сильнее, чем прежде, — улыбаясь, заметила я.
— Я под постоянным его контролем: не удивлюсь, если помимо охраны где-нибудь рядом скрывается мой старшенький по приказу отца. Что Кервааль, что сыновья помешаны на моей безопасности.
Просто раньше чувства бурлили, распирали, а сейчас любовь течет во мне спокойной полноводной рекой. Но иногда хочется того первого взрыва и первого слияния…
Кивнула с улыбкой, соглашаясь, и в этот момент мы оказались в солярии — большой круглой зале с множеством низких мягких диванчиков и фонтаном в центре, образующим небольшой водоем с золотыми рыбками, окруженный мраморным бортиком. На диванах и бортиках расселись несколько демонов и демониц, которые, завидев нас, резко замолчали и начали пристально рассматривать.
Большая часть демонов встала и, как положено моему статусу, склонилась, обвивая хвостами ноги. Среди них заметила вчерашнюю романтическую парочку — демона- победителя с девушкой по имени Тераналь, подарившей ему красный цветок. Две ее подружки, наблюдавшие поединок, тоже здесь, с искренним любопытством рассматривают мой наряд. Еще бы, по сравнению с ними на мне слишком много одежды.
Тераналь учтиво склонила голову, приветствуя Соаль, на этот раз «без хвоста» — по положению они равны, но девушка выказала старшей по возрасту уважение, вызвав у меня невольное расположение к ней и едва заметную улыбку, буквально в уголках губ, что не осталось незамеченным.
Тераналь хотела было произнести что-то, но тут с ближайшего диванчика наконец соизволила встать неизвестная мне демоница. Красавица с золотыми волосами, блестящим каскадом ниспадающими на совершенные плечи и полную грудь и струящимися до самых колен. Вот только глаза ее полыхнули желтым яростным светом с презрением и ко мне, и к Соаль.
Мы обе это отметили, синхронно выпрямившись и надменно задрав подбородки. И стоило мысленно отметить этот солидарный жест, как я еще больше прониклась дружескими чувствами к замечательной Соаль.
Заметила, что наши телохранители встали таким образом, чтобы контролировать движение любого из присутствующих. Надо мной завис светлячок, на которого каждый обратил внимание, а вот Черныша я не увидела.
