Неожиданно раздался хриплый голос другого дракона:
— Аро Рейнвааль, позвольте принести извинения вам и вашей избранной паре. Тер Кронес — третий и самый младший племянник нашего Повелителя. Он действительно молод и резок в суждениях, я прошу проявить снисхождение к его молодости и глупости, и…
Сбивчивую просящую речь заступника, прервал леденящий душу голос Рейна:
— Может, тогда ты заменишь его? И сожрешь свой хвост, ведь тоже сидел рядом и смеялся над его глупостями?
Дракон не умолял, не лебезил, хоть и просил, но после слов Рейна ошарашено выпалил:
— Вы же знаете, аро, что дракон без хвоста — ничто… пустое место, — затем уже более твердым голосом выдавил, — мы заплатим, много заплатим за хвост племянника Повелителя.
И за мой тоже!
Жуткая, давящая на сознание и тело сила исчезла так же неожиданно, как и появилась. А Рейн, между тем, процедил:
— Можете быть свободны, пока. Сумму компенсации сообщим Повелителю позднее."
"Драконы встали и, пошатываясь, побрели на выход. За племянником Повелителя драконов тянулся жуткий кровавый след.
Он основательно травмировал хвост, и как долго будет залечивать и восстанавливать — неизвестно. Но зато я смогла вздохнуть свободнее: никого не убили, и маг жизни во мне с облегчением шумно вздыхал. Даже Хем успокоился, вновь потянувшись за очередным куском еды.
Бледный Дартвааль продолжал стоять возле стола. Взял свою кружку и залпом выпил содержимое. Затем печально посмотрел на меня, повернулся к Рейну и твердо произнес:
— Глава, поздравляю с принятым решением!
Рейн смотрел мне в лицо, видимо, переживал, как я на кошмарную ситуацию отреагирую.
Вымученно улыбнувшись ему, попросилась уйти отдыхать. Закрывая за нами с Хемом дверь, заметила, с каким мрачным выражением лица остался стоять в коридоре Рейн.
Я завтра все обдумаю, а сегодня уже ни на что нет сил.
* * *Из объятий сна выдернул шорох, немного диссонирующий с другими звуками. Даже ночью в городской таверне не может быть абсолютной тишины: с улицы доносится бряцанье железа и цокот копыт — скорее всего, стража проезжает.
Пьяные крики и ругань. На первом этаже под нашей комнатой кто-то заливисто мощно храпит. Хоть и непривычные звуки для девушки, выросшей в поместье с четким распорядком дня, где у каждого свои дела, но все же успокаивающие тем, что вокруг много народа. И ты не один в лесу с хищниками и неизвестными опасностями.
Шорох раздался слишком близко, почти рядом, и волосы на голове зашевелились от ужаса.
