Но весь его вид говорил о недовольстве сложившейся ситуацией. Мне предстояло выслушать все, что он думает о моих действиях. Но это будет позже.
– Избавься от их автомобиля, а затем возвращайся к себе. Мы будем там.
Эрик кивнул, а я снова сел за руль. Внутри у меня все ликовало, но внешне ничто не выдавало моих эмоций. Пока еще нужен холодный расчет и светлая голова. Все только началось.
Глава 4
Пробуждение
Сознание медленно возвращалось ко мне. Вместе с ним вернулась и боль. Голова раскалывалась, а веки словно налились свинцом.
До меня донеслись голоса. Судя по всему, где-то в соседнем помещении шел спор.
– Что ты наделал, Лео?! – вопрошал один голос, принадлежавший определенно мужчине.
– А что такого, Эрик? Они могли улизнуть. Сам знаешь, чем это могло обернуться. Ищи ее потом.
– Нельзя было так. Ты рисковал ее жизнью. Представляю, если бы ты угробил девчонку и из-за тебя мы потеряли бы ключ. Аскольд придумал бы для нас изощренное наказание.
– Но не угробил же? Что ей сделается?
Голоса умолкли, и я напряглась.
– Одна очнулась, – раздалось над самым моим ухом.
Я вздрогнула от неожиданности.
– Открывай глаза, колючка. Я знаю, что ты меня слышишь.
«Тьфу ты!»
С трудом я разомкнула веки и приподняла голову. Оказалось, все это время я сидела привязанная к стулу. Ноги и руки затекли, так что я их практически не чувствовала. На корточках передо мной сидел тот самый белокурый незнакомец. Он обеспокоенно вглядывался в мое лицо.
– Ты в порядке? – поинтересовался он.
Гнев начал заполнять меня, отчего стало трудно дышать.
– Ах ты, слизняк вонючий, – прохрипела я.
Я совсем не узнавала свой голос. Видимо, хорошо приложилась о приборную панель. Пристегнуться забыла, вот теперь и разбираюсь с последствиями.
– О, ругаешься, значит, жить будешь, – улыбнулся он, игнорируя нелестное выражение.
Только теперь я смогла рассмотреть помещение, в котором находилась. Это была кухня.
Очень даже уютная, но абсолютно стерильная. Казалось, на ней даже завтрак себе никто не готовит. Рядом со мной на таком же стуле сидела связанная Катя. Она была без сознания, ее голова опустилась на грудь.
В дверном проеме стоял второй парень. У этого волосы были чуть длиннее, до подбородка. И цвет у них был угольно-черный. Разделенные неровным пробором, они небрежно лежали на скулах. На меня был обращен взор пронзительно-голубых глаз.
