Весь мир вздрогнет, и все, начиная от жалких людишек, заканчивая моими братьями-вампирами, поклонятся мне, принесут присягу на верность своему владыке»."
"«Самоуверенная сволочь, – послала я мысленно вампиру, – ты не сможешь прорваться через Круг камней. Мое заклинание не позволит тебе сделать это. Ничто, кроме любви, не сможет ни войти сюда, ни выйти».
«Ха, – рассмеялся он. – Ты все так же наивна. Вы все наивны, как дети. Я убью тебя, и энергия Круга рассеется, выпуская души за его пределы. А уж я-то найду, как применить их».
Меня охватил ужас. И не из-за своей смерти, а из-за того, что намеревался сотворить этот монстр. И я сама добровольно провела его в этот мир. Но уже в следующее мгновение я собралась. Я уловила в воспоминаниях Бориса то, что открыло мне глаза.
«Ты, – выдохнула я, – ты здесь, чтобы осуществить то, что не удалось твоему отцу».
Я не верила своему видению. Но все было так реально, что сомнений не осталось. У меня перед глазами стояло это же место, но с другими действующими лицами.
Мужчина, очень похожий на Бориса, но с более суровыми чертами лица, и девочка, державшая его за руку. Это была девочка из моего сна, та, которая убегала от меня, которая привела к Вратам. Прямо на моих глазах (а точнее, на глазах Бориса) Габриэлла пыталась провести в мир за гранью отца вампира. Но вместо этого заточила его в этом мире, запечатав путь своей энергией. Она отдала свою силу, чтобы Церий, отец Бориса, не смог осуществить задуманное зло. Бездыханное детское тельце лежало в Круге камней рядом с мертвым Церием.
И я знала, почему девочка показалась мне знакомой. Она очень походила на меня саму в детстве.
– О, ты видела все, – прошипел Борис. – Только не вздумай поступить, как та дрянь. Девчонка пожертвовала своей семьей, потому что после этого я с удовольствием разделался с ее мамашей и бабкой. Ты тоже поплатишься. Твоя подруга, возлюбленный Лео и все, кого ты знала, будут уничтожены. Они будут умирать страшно, умоляя моих вампиров пощадить их жалкие жизни.
Если он думал, что это возымеет действие, то глубоко заблуждался. Мое сердце разрывалось на части от горя и сожаления, но я не могла допустить, чтобы зверь вырвался на свободу. Благодаря воспоминаниям Бориса я знала, что должна делать.
– Вампир, ты не сможешь повелевать душами без того, чтобы я наделила тебя своей силой. А я никогда этого не сделаю. Ты сам станешь их рабом.
И с моих губ снова слетели слова древнего заклинания.
