Строительная техника на площади, по словам Лотенко, должна была продемонстрировать властям и жителям города опасность реставрации коммунистического режима. Вот протокол допроса Лотенко, приобщите его к прочим документам. В постановлении о прекращении уголовного дела вам надо будет сделать акцент на том, что умысла на демонтаж памятника Лотенко не имел, а буффонада со строительной техникой была лишь фоном для предстоящего митинга.
Лаптев не стал спорить. Вернувшись в управление, он ознакомился с протоколом допроса Лотенко.
С первого же взгляда ему стало понятно, что этот документ был составлен впопыхах, с заметными процессуальными погрешностями.
«Никого прокурор не допрашивал! – догадался Лаптев. – Лотенко договорился с прокурором области о прекращении дела, вызвал юридических советников из Союза предпринимателей, и они, как уж умели, состряпали протокол допроса. Нашему прокурору оставалось только подписать его и передать мне. Да и черт с ним! Кому он, этот памятник, нужен? Если бы Лотенко снес его, то губернатор и прокурор области сказали бы, что он правильно сделал! Давно пора очистить площадь от рудиментов прошлого.
А если не снес, то умысла на демонтаж не имел».
Лаптев вставил в печатную машинку бумагу, заложил копирку и за полчаса напечатал постановление, поставившее точку в истории с демонтажем памятника Ленину.
– Тебя не сделают крайним в этой истории? – спросила вечером Лиза.
– Ни в коем разе! С юридической точки зрения в действиях Лотенко состава преступления нет.
Ежу понятно, что если бы не Живко, то памятник был бы снесен. Однако действие было остановлено как раз в тот момент, когда умысел можно трактовать так, как захочешь. Представь себе такую ситуацию. Некий взбешенный мужик бегает по двору с огромным ножом в руках и орет: «Вася, сволочь, выходи!» Кто сказал, что этот гражданин собирается зарезать Васю? Быть может, он хочет поиграть с ним в популярную детскую игру ножички? Забудь про памятник, Лиза! Он стал частью истории, а вот с убийством на площади нам еще предстоит разобраться.
До конца недели Лаптев не находил себе места. Он ждал, когда же Стадниченко скажет ему, что рыбка клюнула, Мякоткин назначил встречу. Но начальник уголовного розыска вел себя так, словно никаких договоренностей между ними не было.
В пятницу вечером Лаптев решил поинтересоваться ходом операции. Он подошел к кабинету Стадниченко, постоял у двери, но войти не решился.
