И все же, когда я наблюдаю, как дерутся русские за свое отечество – не мучаясь сомнениями, с твердой верой в правильность своих действий, в святой уверенности, что они несут благо не только своему народу, но и миру – у меня захватывает дух… Тогда я чувствую неуемное кипение вечно изменчивой жизни, слышу поступь Истории и неразборчивый шепот Мироздания, готового поделиться своими тайнами…
Я наблюдаю не только за событиями, но и за людьми. Человек! Что может быть интересней? Сколько в нем всего – эмоций, чувств, идей, планов, надежд… А если этот человек еще и из будущего? Честно говоря, я никогда глубоко не задумывался над идеей проникновения из одного времени в другое.
Я, бывало, даже посмеивался над теми, кто на полном серьезе обсуждал возможность создания машины времени. Но вот теперь убедился, как глубоко заблуждался… Но признал я это заблуждение с радостью.
Итак, я вращаюсь среди совершенно удивительных людей. Они не похожи ни на кого из тех, кого я знал раньше. Но не без удовольствия я обнаружил в этих людях все то, что предполагал в «русском человеке», образ которого возник в моем сознании на основании произведений русских классиков.
И главная их черта – это, конечно же, тяга к справедливости и стремление сделать мир лучше…"
"Конечно, военные (а именно с ними я в основном и контактирую) – достаточно специфическая разновидность людей, но все же в них не может не присутствовать все то, что свойственно народу вообще. Да, эти русские солдаты кажутся иногда грубоватыми и циничными, но в то же время можно только преклоняться перед их принципиальностью и верностью идее.
Их кажущаяся простоватость оборачивается смекалкой и умением почувствовать подвох, а суровость часто скрывает под собой великодушие и способность к сопереживанию. Я очень счастлив, что оказался среди этих людей. Ведь я так мечтал побывать в России, чтобы проникнуться ее духом… А вот интересно – ТАМ, в их истории, мне удалось воплотить эту мечту? Отчего-то я не спрашиваю их о своей персоне. Мне как-то не по себе (как, наверное, и любому человеку) от мысли, что на самом деле я уже умер… Хотя интересно, конечно.
Может быть, однажды и спрошу… Да, наверняка я это сделаю. Что-то не так в моей биографии – потому что та женщина с красными волосами и странным именем Алла, которая подарила мне тетрадь, смотрела на меня с выражением какого-то легкого сожаления и беспокойства… Жаль, что никак не удается с ней толком поговорить. Кажется, она стесняется своего английского.