– Мало кто ищет жену для быта, да и для секса их не ищут, потому что это слишком муторно и накладно, а вот если ты находишь человека – не потребителя, а дарителя, то мир меняется.
– Хорошо говорите, как глава партии «Всем по жене!» – внезапно рассмеялся Максим, он откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза. – Если честно, я не понимаю, почему сижу тут с Вами, вместо того чтобы отдыхать от десятичасового перелёта.
– Ещё пара уточнений. Есть ли у вас детские мечты?
– Синий грузовик, как у соседского мальчишки? – снова рассмеялся он, и наклонился вперед.
Сомкнул руки в замок и снова уставился на меня своим пристальным взглядом. – Синичкина Татьяна, а Вы не хотите поужинать? Я очень голодный.
– Нет, к сожалению, я…
– Татьяна Ивановна, к Вам курьер, – в кабинет заглянула Мая, её щёки были пунцового цвета, а улыбка не обещала ничего хорошего.
– Прими за меня, – бросила строгий взгляд в её сторону. Нужно будет потом с ней поговорить о субординации."
"– К сожалению, я не могу, – Мая виновато распахнула дверь, впуская курьера, которого было совсем не видно из-за огромной корзины белоснежных роз.
– Татьяна Ивановна? – молодой человек еле перевел дух, поставил корзину у моих ног и протянул конверт. – Это для Вас.
– Спасибо, – совершенно растерялась я, рассматривая цветочное облако у моих ног. Розы так плотно были собраны в шар, что практически сливались в цветочную вакханалию. Сердце забилось, а в душе залегла паника, потому как всё, что не было зафиксировано в моём ежедневнике, впускало в мою душу лёгкую панику.
Мозг судорожно стал перебирать даты, в страхе, что заработалась и пропустила что-то очень важное. Но нет, до моего дня рождения еще больше недели, а других знаменательных событий на декабрь не было запланировано.
– Так, мне уже пора. Татьяна, надеюсь, что я ответил на все ваши вопросы, хотя вся эта затея совершенно бессмысленна, – Максим встал, поспешно собрал свои вещи и вышел, бросив напоследок дежурное, – хорошего вечера.
Глава 5.
Кабинет опустел, и лишь трескучее напряжение моих мыслей составило мне компанию.
Поняв, что работать уже бессмысленно, я выключила в кабинете свет и села в кресло, закинув ноги на подоконник. Обеспокоенная собака заскулила, я взяла её на руки, приняв всю дозу ласки, что та накопила за день. Лина была права, нельзя оставлять её, это жестоко.
– Чёрт! Лина!
Добралась до дома довольно быстро, город словно опустел, что не могло не радовать припозднившихся на работе автовладельцев.
