Как хоть их звали?
— Мишка Иванов из Москвы. А Андрюха Казанец тот, что с родинкой — из Подмосковья.
— Жалко, молодые совсем. Помянем?
— Это можно, — пулемётчик достаёт свою флягу и пускает по кругу. Сделав по глотку, присаживаемся на дно траншеи и закуриваем.
— Я тут с ближних фрицев трофеи добыл, эти-то точно твои, Николай, так что забирайте. Вон они, в отнорке.
— Раз мои, глянем. — Так, что у нас здесь? Винтовки, пара люгеров, МП-40, гранаты, и так по мелочи, обвес, амуниция. Пистолеты раздаю «подельникам», эмпэху вместе с боезапасом забираю себе.
Прихватываю пару яиц, флягу с чем-то пахучим и всё. Потом что-то себе выбирает Федя, грузим всё в вещмешок и собираемся в путь-дорогу.
— Степаныч, а ты что, тут совсем один остаёшься? А то мы на батарею.
— Пришлют кого-нибудь, не впервой.
— С твоими помочь?
— Не надо, списки ещё не составили. А если меня убьют, кто про бойцов расскажет? Да и фрицы их из траншеи всё равно выбросят, так что не тратьте время. Прощевайте.
— И тебе не хворать. Бывай.
Забираю из дзота свой трофейный карабин, беру лом и, перевалившись через бруствер, выбираемся из траншеи. Всё-таки оружие должно быть проверено в бою, да и хороший ломик на помойке не валяется. Лишнее вооружение и боеприпасы в вещмешке на горбу у Феди, ну а я просто иду себе ломом подпоясанный. Чтобы прикрыться высоткой от глаз возможных наблюдателей, забираем немного влево. Лучше я сделаю крюк, и приду усталый, но живой, чем быстрый и мёртвый.
Оказалось, что и кривой путь не есть самый безопасный.
Шагах в сорока от небольшого окопчика нашей пехоты, нас окликнули.
— Стой. Кто идёт? Пароль.
— Миномётчики. Возвращаемся на батарею. — Чисто на автомате отвечаю я, не сбавляя шага.
— Стой! Стрелять буду! — И звук взводимого затвора. А сразу за ним выстрел. Грёбаный Экибастуз!.. Царица полей… Да они там что, охренели совсем? — Падаем на землю и расползаемся по укрытиям. Федя заползает в небольшую ложбинку, а я за бугорок и продолжаю переговоры.
— Эй, придурок! Прекращай палить.
Вы тут в тылу совсем охренели? — Бах!
— Врёшь, не возьмёшь! Фашист переодетый. — И снова. Бах! Пуля свистит, пролетая надо мной.
— Я тебе ещё раз говорю. Мы миномётчики. По приказу капитана Лобачёва, с высотки возвращаемся на батарею.
— Нашего комбата фашисты убили, а высоту захватили. Врёшь ты всё. Диверсант проклятый. — И снова выстрел, теперь уже сдвоенный. Всё, приплыли, этих обосравшихся идиотов там двое. Будут стрелять, пока патроны не кончатся.
