— Прорвёмся, конечно, только раненых много, технику опять же бросать… — Отмахнув мне здоровой рукой, начинает рассуждать капитан, уходя в направлении штаба.
Возвращаюсь к своим и, озадачив Афоню составлением списков потерь личного состава, веду бойцов взвода на позицию трудармейцев. Как я успел заметить, потери они понесли немалые, а вот окопы начинали копать первоначальным составом, поэтому справедливо рассудив, что места всем хватит, я и решил занять пустующие стрелковые ячейки.
Как говорится — кто первым поспел, тот и пострел. Приказ я получил, — «занять позиции на восточной опушке», а так как опушка она большая, то и займём те позиции, которые более выгодны в тактическом плане."
"— Здорова, славяне! — подойдя к линии окопов, приветствую я ближних ко мне мужиков, орудующих сапёрными лопатами.
— Здравия желаем, товарищ командир. — Нестройным хором отвечают двое бойцов, выпрямившись в неглубоком ещё ходе сообщения. Хотя больше всего они походили на бригаду землекопов, в своих чёрных фуфайках и кепках, которой по сути дела и являлись.
Но боевое оружие, находящееся под рукой в стрелковых ячейках, а также армейские плащ-палатки, отличало гражданских от военнослужащих. Конечно «человек с ружьём», это ещё не настоящий солдат, и даже первый бой, не сделает из военнослужащего — солдата. А вот первая рукопашная? Это страшно. Когда глаза в глаза, и ты видишь, что первый, убитый тобой враг, отошёл на тот свет… В динамике боя рефлексировать некогда, тех кто выживет, нахлобучит потом, но накроет обязательно.
Так что передо мной стояли именно что солдаты, заглянувшие в глаза смерти, а не просто военнообязанные.
— А где ваш командир, товарищи красноармейцы? А то я с пополнением пришёл, так что познакомиться бы не мешало. — Спрашиваю я.
— Убили нашего лейтенанта. Сегодня только назначили и в рукопашной убили. Бригадир за него остался — Владимир Семёнович.
— Отвечает один из бойцов.
— И где мне его найти? — Уточняю я.
— Да вон он, сам к нам идёт. — Указывает боец на своего командира.
С подошедшим к нам кряжистым, широкоплечим, уже не молодым «комбригом», мы быстро нашли общий язык, да и места в намечающейся траншее, хватало на всех. Тем более у Семёныча нашлось в запасе главное оружие пехотинца — это лопаты. И не обычные МПЛ, а БСЛ, то есть большие сапёрные.
