Я уже второй раз объяснял принцип передвижения на болотоходах, когда заметил, что парни клюют носом.
— Ладно, на сегодня хватит. Выходим с первыми лучами солнца. Богдан, распредели вахты.
Лошадей решили оставить здесь, потому что почва под ногами уже была зыбкая. Срубив себе длинный шест, оглядел свой маленький отряд:
— Я иду первым, ступайте точно в мой след. Болота очень коварные, некоторые места выглядят как твердая земля, но это обман. Если вас начнет затягивать трясина, не дергайтесь. У вас у всех есть шест — просто кладете его на землю и держитесь за него, пока вас не вытащат.
Самое главное — идите точно по моим следам. Ноги поднимайте высоко, чтобы ваши болотоходы не цеплялись за кочки, иначе они сломаются. Все понятно?
— Понятно, — прогудел Богдан, остальные ограничились кивком.
— Пока болотоходы не надеваем, можно идти без них. Я скажу, когда их надеть.
Двинулся вперед, оглядываясь через каждую минуту: отряд втянулся за мной в ровную линию. Через час пути начались топи: ноги уходили в трясину по среднюю треть голени.
— Надеваем болотоходы! — скомандовал, показывая пример.
Скорость движения упала, не так легко переставлять ноги, когда на них такие широкие приспособления для ходьбы. Следовало расставлять их шире, чтобы не цепляться. Но есть в них плюс: за счет существенного увеличения площади нога не успевает погрузиться в жижу. Первые полчаса было трудно, пока не приноровился к рваному ритму передвижения. Нащупывая шестом относительно твердое место, ставил туда ногу, выдирая вторую из жижи.
Местами попадались твердые участки суши, давая надежду, что болота могут скоро закончиться.
К полудню добрались до небольшого клочка земли размером с волейбольную площадку.
— Привал! — скомандовал, едва добрался до суши."
"Сняв с ног болотоходы, растянулся на земле, чтобы восстановить силы. От постоянных усилий по выдиранию ног из трясины болели мышцы ног. Хлебнув воды из фляги, перевернулся на живот, оглядывая свой отряд. ""Болотные кикиморы"", — пронеслось в мозгу при виде растрепанных, облепленных грязью людей.
Люди устали, это было написано на лицах, но никто не роптал и не жаловался. Хвороста для костра не нашли, пообедали маленькими кусочками солонины. Предупредил, чтобы не налегали, запас воды был ограниченный, а как долго идти — непонятно.
До самых сумерек шли не останавливаясь: один раз я неверно оценил кочку и мгновенно погрузился по пояс в трясину. Богдан, шедший за мной, вытянул меня, подав свой шест.
