"
"Переправившись с помощью «искренне верящих» на северный берег Роны, мы задержались у них около пары часов, пока я не наелся картошки. Около ведра картошки для посадки и примерно пару ведер на пропитание мне выделил Наим, пообещав в дальнейшем так же снабжать. И хотя стоял конец мая, я планировал посадить картофель в Берлине, а впоследствии распространить эту культуру по всем своим землям.
Поблагодарив Пансу за службу, отпустил его к своей общине. Много женщин из Будилихи вместо неопределенности решили за лучшее связать свою дальнейшую жизнь с неандертальцами.
Сан-Техе остались на южном берегу, отсюда до их общины было всего три дня пути на юг. Доведя женщин до своего поселения, Панса должен был вернуться в окрестности Макселя, вылавливая одиноких воинов, постоянно держа в страхе город.
Домой мы возвращались в приподнятом настроении: сатанисты будут сидеть в городах, ожидая нападения моей армии. Пользуясь передышкой, я смогу отразить повторное вторжение Дитриха, и ничто не помешает мне забрать то, что причитается мне по праву — Максель.
В полудне пути от Берлина, во время привала меня скрутило от невероятной боли в голове. Это был Панса, приславший мыслеообраз: многократно превосходящие силы сатанистов окружили и истребляли группу неандертальцев, не щадя даже своих женщин.
«Панса, где ты?» — послал сигнал, чуть отойдя от боли.
""Встретимся на Полях Вечной Охоты, Макш"", — совсем как Санчо ответил Панса. Мои повторные попытки связаться с потомком приемного сына к успеху не привели. Меня распирало от боли в груди, связанной с пониманием случившегося.
Я — проклятие для неандертальцев: потерял Санчо, теперь — Панса. Боль утраты была такой, что, не сдержавшись, выплеснул всю свою ментальную энергию в пространство, теряя сознание от взорвавшейся в голове звезды.
* * *На небольшом каменистом острове, где из растений росли только мхи, лишайники и мелкие невзрачные кустарники, дикарь крупного телосложения собирал устрицы на отмели, бродя в воде по колено. Найдя особенно крупные экземпляры, он довольно скалил зубы.
Выбравшись на берег, разбивал устрицы камнем и жадно поглощал содержимое, словно умирал от голода.
Огромное морское чудовище, похожее на осьминога, вынырнуло из воды в ста метрах от берега. Охотник не обратил на него внимание: на мелководье чудовище не заплывало, он это знал. Продолжая собирать устрицы, дикарь двигался вдоль берега. Обогнув небольшой мыс, оказался в небольшой бухте, где стояло большое судно со спущенными парусами.
