До нас доносились стуки топоров, порой ветер доносил обрывки слов, которые невозможно разобрать из-за расстояния.
— Сегодня атаки не будет, — заметил Борд, всматриваясь в чащу леса.
— Дитрих неглуп, он может специально создавать такое впечатление, чтобы атаковать ночью. Поставь на стену усиленную охрану, чтобы нас не застали врасплох.
— Их пока немного, может, нам самим их атаковать? — предложил присоединившийся Богдан.
— Нас слишком мало, а их численность неизвестна, — отклонил я предложение Лутова.
Уже собираясь спуститься вниз, заметил, как из леса показалась одинокая фигура немца.
Не таясь, немец шел в сторону крепости: даже с такого расстояния было видно, что воин огромного роста.
— Не стрелять! Посмотрим, чего он хочет!
Шрам и Борд продублировали мой приказ, остудив пыл лучников, натягивающих тетиву. Немец подошел к крепости на расстояние ста метров и остановился. Вытащив меч из ножен, поднял его в воздух и, потрясая им, стал что-то кричать.
— Он вызывает на бой соперника, — Борд успел произнести это на секунду раньше меня.
С расстояния около ста метров было заметно, насколько огромен немец. Закованный в броню, он казался таким квадратным мастодонтом. И, вероятно, это — лучший воин, если он осмелился бросить вызов.
— Макс Са, я пойду к нему, — Богдан не спросил, скорее констатировал.
— Богдан, ты без доспехов, у тебя нет опыта поединков. Это провокация, мы не знаем, что кроется за этим вызовом, — попытался образумить своего охранника.
— Если мы не примем вызова, немцы будут считать нас трусами, и им будет легче воевать.
Я пойду, — упрямо повторил Богдан, начиная спускаться по лестнице."
"Что я мог возразить на эти слова?.. Было жалко отпускать именно Богдана, но никто из остальных не показал желания выйти на бой, и людей можно понять. Это стало очевидно, когда Богдан, поигрывая топором, сблизился с немцем. Богдан был на полголовы выше меня при моем росте в сто восемьдесят сантиметров. Громила оказался выше моего воина почти на голову: со стороны они смотрелись как мифические Давид и Голиаф.
Остановившись в трех метрах о немца, Богдан встал в стойку. Немец взревел, повернувшись в сторону леса, и вскинул руки. Из леса послышался свист, улюлюканье и рев остальных врагов. Взяв меч обеими руками, гигант внезапно атаковал Богдана, успевшего увернуться от рубящего удара. Воины сошлись ещё раз: Богдан парировал удар немца, приняв его на топор. Но проклятый гигант второй рукой смог ударить моего телохранителя.
