В ответ стреляю с колена навскидку, ловя в прицел фигуру в фельдграу, уже по ходу стрельбы. Разрядив магазин к СВТ, как по унтеру, так и по его камрадам, чтобы уже с гарантией, снова даю команду своим.
— Всем прекратить огонь! — Выжидаю пару секунд и иду проверять своего крестничка с пистолетом в правой руке и винтовкой в левой.
Забираю правее, чтобы зайти к фрицу с тыла, но уже вижу, что контрольный в голову вряд ли понадобится. Живые так не лежат и тушку унтера я неплохо нафаршировал свинцом.
Не все пули попали в жизненно-важные органы, но гансу хватило с гарантией. Можно уже и выдохнуть но… Позади меня раздаётся пальба… Так что инстинктивно припадаю к земле, вместе с промелькнувшей в голове мыслью. — Подставился долбоклюй…
Упав, перекатом ухожу в сторону, развернувшись лицом к опасности, краем сознания цепляюсь за промелькнувшую мысль, — а ведь стрелял-то наган. Дальше действую на автомате или инстинктах, так как замечаю стройную фигурку Ани, стоящую с револьвером в руке, метрах в тридцати от меня.
Подрываюсь, качая маятник, и сближаюсь с кучей малой, которую я сотворил. А теперь контроль наше всё, и в бошках дохлых фрицев добавляется по ещё одному отверстию или дырке от пули.
— Гаврила, следи за дорогой! — Отдаю я приказ нашему снайперу. — Все остальные, ко мне.
— Сизов, дуй за машиной! — Посылаю я водилу за транспортом.
— Жмыхов — не теряю я время на уговоры, а сразу посылаю Вовку на промысел, — беги вон к тому мотоциклу, снимай пулемёт и тащи сюда, патроны к нему тоже не забудь.
Машу я рукой в западном направлении."
"— А вы, друзья с топорами, потрошите вон тех жмуров, а на досуге соображайте, как соорудить заслон на дороге, чтобы отсечь хвост. Столбы там телеграфные уронить, гвоздей набросать, проволоку натянуть. Две минуты на всё про всё. Отсылаю я сапёров к третьему, перевернувшемуся моцику.
— Воронова, очнись! — Трясу я Анютку за плечи, чтобы вывести её из ступора, а то что-то она зависла с револьвером в руке.
Ноль эмоций. По щекам что ли её отхлестать, но бить женщину…
— Аня, очнись, у тебя тушь потекла. — Не стал я срываться на крайности и орать на неё благим матом, а говорю тихим голосом.
— А? Что? Я не крашусь. — Открывает она глаза и начинает часто моргать.
— Ты в мотоциклах разбираешься? Ездить умеешь? — спрашиваю я.
— Да, умею. — Смотрит она на меня уже осмысленным взглядом.
— Пошли со мной.