Кто рискнёт назвать такого мальчугана «зверем»? А как ловко гранату кидает и в люк сигает! Просто загляденье...
– А вот ещё послушай...
– А может, не надо? У меня эти твои «падлы» и «п...дец» уже в печёнках сидят!
– Не, это другое! Без «падл» и «п...деца». Это просто... эмм... задушевная лирика.
– Ну давай, раз задушевная.
– Вот:"
"Мы с психологом вдвоёмОчень весело живём.Целый день тушёнку жрём,Наблюдение ведём.Ночью я залягу спать,Доктор будет весь дрожать.Он боится – подползутИ башку ему снесут...Да, мы с Васей уже сиживали в засаде, так оно и было.
Он считает, что ночь – самая безопасная пора, если днём не засветил лёжку и ничем не обнаруживаешь своего присутствия. Поэтому с наступлением темноты дрыхнет. Всё равно, говорит, ты спать не сможешь, «труситься» будешь. И точно – не сплю, всю ночь боюсь. Кажется, что кто-то ползёт, шорохи повсюду какие-то левые...
...Утром доктор ляжет спать,А я буду сгущ сосать!– Ну ты акын!
– Не понял... Куда?
– Не куда, а где. В казахской степи. Это такой степной менестрель, поэт, то бишь.
Творит в сугубо утилитарном аспекте. То есть, что вижу, про то и пою. Типа: еду на коне, зад чешется, небо, мухи, степь...
– Да сам ты такой... О!
– Что ещё?
– Концовка! Пришло вдруг...
– Типа – накатило?
– Ну да. Знаешь, как озарение...
– Да ну тебя на фиг с твоим озарением! Обещал лирику, а сам...
– Да вот концовка – как раз лирика. Это про завтра, типа, как худший вариант. Мы же должны учитывать худший? Должны. Вот, слушай:
...Если нас не сменят к ночи,Ловкий Вася жрать захочет.
Очень грустный он сидитИ в пустой рюкзак глядит.Приходи к нам, моджахед,Званым гостем на обед.Мы наделаем котлет и рулет,Отдадим родне скелет...Гхм... Вот и всё.
– Да, Вася...
– Рулет – это не который из теста, – аппетитно сглотнув слюну, уточнил Вася. – Знаешь, бывают такие мясные рулеты, но не в армии. На «гражданке» их жрут...
– Вася, это уже патология. У меня есть хороший знакомый – отличный психиатр...
– Ну, это с какой стороны посмотреть, – легковесно отмахнулся Вася.
– К примеру, аборигены исполнили Маклахо-Миклуя...
– Кука, Вася, Ку-ка!
– Ну, Кука – без разницы. Исполнили, короче. И сожрали. На хрена, спрашивается? Харчей у них там хватало, Серёга рассказывал, типа: рыба, бананы, птицы всякие, крокодилы и прочие кальмары. Вот вопрос: на хрена? А потому что он был могучий и добрый. У них там было так по понятиям: кого сожрал, вся его сила к тебе переходит. А ещё они печень ели у врагов...
