– Но народ-то поёт?
– Да народ что попало поёт! Он поёт и не всегда понимает, о чём, вообще, речь. А если следовать правилам...
– Да хрен на те правила! Мы же, поэты, для народа творим. А не для всяких там головастиков...
Это мы с Васей в засаде сидим. Вы, видимо, уже и сами догадались. «Головастик» – это я. Так Петрушин с Васей за глаза дразнят «мыслителей» команды. Точнее, Иванова – за глаза, потому что он командир, а нас и так можно."
"Первоначально предполагалось, что члены команды в основном будут работать головой.
Однако неизбежность проведения некоторых оперативно-разведывательных мероприятий единичного характера тоже учитывалась. Это и объясняет присутствие в команде Петрушина и Васи. В течение первого же месяца функционирования команды стало ясно, что данные мероприятия вовсе не «некоторые» и не «единичные», а составляют едва ли не половину всего массива нашей служебно-боевой деятельности. Иными словами, нам катастрофически не хватало «рабочих рук». Было бы очень недурственно заполучить ещё хотя бы парочку таких, как Вася и Петрушин.
Увы, таких даровитых личностей в группировке очень немного, все они прочно и по делу сидят на своих местах, так что пришлось нам по-прежнему работать в стартовом составе.
Поэтому «головастикам» приходится сплошь и рядом выступать в качестве нештатных единиц боевого применения. Лежать, сидеть, стрелять, ползать. А куда денешься? Серёге полегче. Он хоть и офицер-аналитик, но в ГРУ его изрядно натаскали. Лизе тоже попроще, она дама, ей многое прощается.
А Иванову, Глебычу и мне порой приходится несладко. Наша индивидуальная подготовка по-прежнему пребывает на уровне обычного пехотного офицера. То есть на порядок хуже, чем у Петрушина с Васей. А в некоторых аспектах, учитывая, что они и в своей спецназовской корпорации занимают особое положение, – и на пару порядков.
Вот и соревнуемся потихоньку. Когда головой работать надо, мы их, образно выражаясь, дрючим по всем позициям. А как дело доходит до «полевой фазы» мероприятия – они нас.
Только загадочный Серёга пребывает на нейтральной полосе – и там и там успевает. Вот так и живём.
– Ты чего замолк? На «головастика» обиделся?
– Ну-ка, припомни, когда я на тебя последний раз обижался?
– А че тогда молчишь?
– Хм... Молчу, потому что так хочу.
– Не обиделся?
– Ты чего такой приставучий? Даже если и обиделся – это что-то меняет? Сейчас брошу тебя, гордо хмыкну и уйду, да?
– Ха! – Вася даже развеселился от такого предположения.
