Девушки в украинской одежде, с венками на головах, были очень приветливы и провели их в маленький зал для переговоров, где за большим столом они разместились вчетвером. Уютная обстановка с дизайном под зажиточную украинскую хату расслабляла и успокаивала. Деревянный потолок, стены тоже из светлого дерева, скамейки с удобными подушками, стол с домотканой скатертью в узорах.
Ресторан всем своим видом словно сообщал, что тут готовы принять на себя всю заботу и уход за своими посетителями.
Максим заметил:
– Гена, то, что ты сбежал из больницы с таким серьезным для жизни диагнозом, – уже преступление, а что ты хочешь наесться жирной пищи – это уж совсем неправильно.
И я не желаю, чтобы ты затыкал мне рот, делая меня свидетелем своей кончины. Ты мне не безразличен, ты – мой друг!
– Ладно! Я возьму что‑нибудь диетическое! – согласился Геннадий.
В его понимании диетический обед состоял из суточных щей с квашеной капустой.
– Это полезно для сердца, – пояснил Гена тоном, не терпящим возражений.
Гена заказал голубцы с куриным мясом, пояснив, что это диетическое мясо. Холодец он тоже взял, не мог устоять, он ему даже снился в больнице. Пироги с вишней и коньяк – для расширения сосудов.
– Звучит убедительно, но как‑то зловеще, – вздохнул Максим и обратился к Грише: – Заказывай, я плачу! Я же обещал показать тебе московское гостеприимство!
– Я много ем… – предупредил его Григорий.
– Это хорошо, Гриша, ты же большой. Заказывай! Если бы не ты, мы бы так и сидели замурованными в подвале! – подбодрил его Макс.
Гришу второй раз просить не пришлось, и заказ пополнился борщом с чесночными пампушками, пельменями с куриными потрохами, малосольными огурчиками, копченым салом и блинами с семгой. Еще Гриша заказал литр домашнего кваса.
– Твоя очередь! – обратился к Белле Максим.
Она поймала себя на мысли, что всегда была очень скромной и зажатой, особенно стесняясь мужчин. И вот она сидит в компании трех мужчин – и чувствует себя абсолютно свободно.
Она заказала салат оливье по рецепту, где вместо мяса или колбасы кладется отварной говяжий язык, и азу с гречневой кашей. А Максим взял для себя свиную отбивную под корочкой из томатов и сыра и морс, и еще – выпечку для всех: много-много пирожков со всевозможными начинками.
Геннадий заволновался.
– Ладно, Макс за рулем, а вот баба…
– Женщина! – поправила его Белла."
"– Хорошо, женщина.
