Мы тут немного зашиваемся, вот нервы и не выдерживают.
Ника не понимала, зачем оправдывает Сергеевича перед матерью, но эта женщина была такой милой и казалась беззащитной, как хрупкий одуванчик, что ее невольно хотелось как-то ободрить. Она бы все отдала, чтобы ее мама была жива, а этот козел даже пообедать с матерью не может.
— Ну, вот и хорошо. Леша — хороший мужчина. Немного суровый, но тут ничего не поделаешь. Я, пожалуй, пойду, а то заговорилась совсем. Доброго Вам дня, Ника!
— Спасибо, и Вам доброго дня, Ирина Аркадьевна!
Женщина ушла, а Ника постучалась к начальнику.
— Можно, Алексей Сергеевич? — спросила она, заглядывая внутрь.
— Да, заходи. И забери чашки.
— Вот реестр.
Ника протянула ему бумаги и принялась собирать посуду. Сергеевич сразу же начал читать.
— Все в порядке? — не удержалась она от вопроса, прежде чем выйти.
— Да, на первый взгляд все правильно. Принимайтесь за март. Он мне тоже скоро понадобится.
Ника чуть не застонала. До обеда всего десять минут оставалось.
— Как скоро?
Он поднял на нее взгляд и она чуть язык не проглотила. Ника не понимала своей реакции, но этот мужчина вызывал в ней страх. Она впервые в жизни сталкивалась с таким суровым и холодным человеком. На ошибки он реагировал ледяным взглядом и сухим выговором, а она не раз ловила себя на мысли, что лучше бы он кричал. От его пугающего взгляда у нее волосы вставали дыбом.
— Как можно скорее. Вы должны были уже понять, что мои поручения необходимо выполнять незамедлительно.
— Но скоро обед, я не успею…
Ника осеклась на полуслове, снова встретившись взглядом с его ледяными голубыми глазами.
— Давайте, я Вам кое-что объясню, Ника, — медленно и четко проговорил он, откладывая документ и сосредотачивая на ней все внимание. — Я работаю на эффективность, не беря во внимание рабочий график и от своего секретаря требую того же. Мне плевать, успеете Вы пообедать или нет, все мои поручения должны выполняться в срок. Если что-то не успеваете, задерживаетесь после конца рабочего дня, при необходимости — работаете по выходным, но сроки соблюдаете в первую очередь, несмотря ни на что.
Вам все ясно?
— Да. И-извините, Алексей Сергеевич.
— Вы можете идти."
"Ника выскочила из кабинета, чуть не опрокинув поднос. Вот ведь овца! И зачем она позволяет так с собой разговаривать? Можно подумать, он не начальник, а царь. Тиран, блин! Она работала на него только второй день и именно поэтому Ника не позволяла себе сдасться.
