И так и стоял на площадке в застывшей позе, только через несколько секунд вытер лоб рукавом.
— Кошка задрёт, говоришь? — с нервным смешком произнёс Кирилл. — Это что за кошка у неё дома живёт? Тигр?
— Так из деревни же, там всё натуральное, крупное, — пошутил я. — Значит, и собаки там большие, и кошки тоже.
— А что за деревня-то? Из-под Чернобыля? — Кирилл перехватил свою сумку покрепче и заглянул в квартиру.
Жители квартиры пропавшего гражданина Захарова с удивлением смотрели на нашу делегацию, которая заняла собой всю прихожую.
Хорошо, что я не взял Сан Саныча, а то бы их пёс, лаявший через дверь туалета, куда его теперь загнали, вообще бы сошёл с ума.
— И что это значит? — спросил глава семейства, загорелый пузатый мужик в одних шортах, почёсывая волосатую грудь.
На короткой шее висела толстая цепочка с большим крестом, но позолота от контакта с кожей уже облезла наполовину.
— А вы кто? — спросила его жена, худая и минитюрная, одетая в розовый халатик.
Она то и дело поправляла полотенце на голове."
"— Следователь прокуратуры Румянцев, — напомнил следак, он уже пришёл в себя и нагло прошёл дальше, убирая корочку в карман. — И товарищи из милиции.
— Это из-за той сумасшедшей? — с надеждой спросил пузатый мужик. — Заявилась какая-то дура деревенская вчера вечером, давай нас выселять! А я ей говорю, что мы тут живём уже две недели. И вообще, по какому праву она к нам припёрлась?
— Значит, квартиру вы купили недавно? — спросил я и потопал у порога, обивая грязь с ботинок.
Так обычно проще расположить к себе хозяйку.
— Две недели назад, и сразу заехали.
Щёлк! — Кирилл снял коридор и входную дверь, а потом с интересом присмотрелся к пятну на полу у двери, едва закрытому пыльным полосатым полотенцем, использовавшимся вместо коврика. Но это всего лишь неотмытая грязь.
Я прошёл в квартиру. Приличная двушка, но без ремонта, похоже, с тех самых пор, как сюда впервые заехал дед Захаров, которого мы искали.
Сначала заглянул в зал. Обои уже пожелтели, в некоторых местах отклеивались и отрывались, а пол из крашенных досок местами напоминал пианино, потому что доски ходили то вверх, то вниз. Дети семейной пары, два белобрысых пацана, возились в одном углу, играя в приставку денди, подключенную к чёрно-белому телевизору. К цветным такие подключали редко, боялись «посадить кинескоп».
Мебель старая, но типовая, хорошо знакомая.
