— Можешь догадаться. Короче, попал наш Рустем попал в СИЗО, пришёл в хату и о себе не объявил, как положено. А его кто-то узнал и маляву сделал, мол, в такой-то камере петух, с людьми за одним столом сидит, и все теперь запарафинились от него. А чтобы такое смыть, у блатных, сам знаешь, есть только один способ — убить на месте.
— И ты его в этот момент завербовал.
— Ага, спас от верной смерти. Он о-о-очень хотел сотрудничать, — протянул Устинов. — Вот я с него расписку взял и оперативный псевдоним ему присвоил.
— Штирлиц? Потому что он был близок к провалу? — я засмеялся.
— Да-да-да, вот ты правильно мыслишь, Пашка. Вот он мне короче, сдал ту банду, потому что был среди них, а они про него толком не знали, думали, авторитет с зоны. Ну и потом по мелочи мне постукивал, а потом пропал. Думал, его прибили. На оперативный контакт не выходил. А он вот откуда выплыл.
— А вот ещё вопрос, — я задумался. — А где он так ножом научился владеть? Бил-то он наверняка, если это, конечно, он убивал, прямых доказательств-то нет.
А вот его самого убили не такой уверенной рукой.
— Хрен его знает. Так-то он сильный был… а, вспомнил, — Василий Иваныч поднял палец вверх. — Он же в колхозе раньше работал, до первой ходки, свиней забивал. Им же не шею режут, а сначала в сердце бьют. Это у нас на мясокомбинате, том, закрытом, технология была забоя свиней, а в колхозе по старинке делали, ножом.
— А всё же, как они на него тогда вышли и убили?
— А вот это хороший вопрос, — Устинов кивнул.
— Прибить его могли по разным причинам, и по тому косяку, и за эти квартиры, и хвосты могли зачищать. И совпало… сам понимаю, что подозрительно, потому что я и сам в курсе адреса был, и свалил в область. Так что, — он пожал плечами. — Чтобы не было подозрений, ты меня тоже пока в ход дел этих не посвящай.
— Да ладно, Василий Иваныч, по тебе-то понятно, почему уезжал.
— Да чтобы всем спокойнее было. А я пока другими делами займусь и повспоминаю, с кем он контачил, подскажу.
Может, выйдешь на кого.
* * *Едва вернулись в кабинет и начали строчить справки в ОПД, как к нам залетел разъярённый Пигасов, держа в руках тетрадки.
— Вы что, за дурака меня держите? — от обычной вежливости не было и следа. Он швырнул тетради на стол. — Вы что, принесли тетрадки и отделались?Там мало того, что всё слово в слово у всех, как под копирку, так ещё и одним почерком написано!
— Ну, вряд ли одним, — невозмутимо заметил Якут, протирая очки.
