— Ой, Васильев, уйди, — тётя Клава отмахнулась, но зарделась и заулыбалась против воли. — Вечно скажешь такое."
"— Тётя Клава, нужна ваша помощь. У нас лекции есть, надо их переписать ещё три раза, нам всем по экземпляру. Сможете? А мы в долгу не останемся.
— Ну ладно, — согласилась она. — Давайте сюда, только ручку мне надо, а то у меня нет, все исписала. И тетрадки у меня тоже нет.
— Тетрадки мы вам свои принесем, по служебной подготовке.
Тётя Клава раньше работала в городском НИИ. Но там мало того, что зарплата копеечная, так её ещё и задерживают, вот она и мыла у нас полы вечерами.
И мы обычно звали её, если нужен был человек для такой «писательской» работы, ведь обучение у нас обязательное, а лекции иногда спрашивают.
Сложимся, заплатим ей, а в понедельник она отдаст нам всё нужное.
— Кстати, Пашка, — Якут, судя по виду, что-то внезапно вспомнил. — У тебя же ствол тоже забрали?
— Ну, конечно, как вещдок. Прокуратура опечатала, пока отказной по факту смерти не состряпают, не вернут.
Так что пока без пушки. У тебя есть в запасе? — я спросил тише.
— Я-то не потеряюсь, а вот тебе надо чем-то вооружиться.
— Только если автомат дадут, придётся с ним таскаться. Или у Маратыча, помнишь, сумки из кожзама были?
— Вот про них и хотел сказать.
* * *Якут взял АКС-74у в оружейке на себя, но передал мне, и мы положили оружие в сумку, которую я повесил на плечо. Тяжеловато, конечно, с пистолетом привычнее, но куда деться? Совсем без оружия ехать и брать такого опасного типа, как Ганс, нельзя.
Поехали его брать, уже когда начало темнеть. Ехали втроём: отец, Якут и я, а с нами сегодня был молчаливый водитель-матершинник дядя Гриша, который сосредоточенно смотрел на дорогу, иногда что-то бормоча себе под нос. Наверняка что-то пошлое и нецензурное.
У отца в отделении не хватало людей, поэтому он часто ездил на мероприятия сам, а не сидел, зарывшись в бумажки. Но бумаг было много, работать с ними было обязательно, поэтому он часто ночевал прямо на работе. Часто привлекали для таких дел нас, но мы и сами-то едва успевали делать своё.
— Вообще, конечно, рискованно ты поступил, — вполголоса говорил отец, обсуждая со мной сегодняшние геройства. — Могли тебя прямо в машине пришить, ножом.
— Знаю. Но если бы наши приехали, а у тех автоматы, и вокруг толпа… — я пожал плечами. — Они же обдолбанные. Берегов не видят. А так даже лучше вышло, спокойнее. И из посторонних никто не пострадал.
— Завтра жди газетчиков, — отец хмыкнул.
