Если бы они были причастны к смерти отца, запомнил бы, а так — нет…
Конечно, в такие моменты не до сна, но зато накрыть банду до совершения налёта — это что-то с чем-то. Дежурившие на сутках опера из отдела, кто это видел, отчаянно завидовали. Тут и торговля оружием, и угон, и подготовка к разбою и прочее, свои «палки» мы заработали.
А главное для меня — могу заняться теперь кинжалом и Гансом.
— Сергеич, до дома схожу, — я предупредил Якута. — У Сан Саныча каши нет, надо выгулять и покормить чем-то. Сюда приведу.
— Да, понял, — он кивнул, продолжая что-то писать, а потом вдруг — бац кулаком по столу. — Кому ещё стволы продавал⁈
Прапор на стуле аж подпрыгнул и начал озираться то на Якута, то на сидевшего на месте Толика следователя военной прокуратуры, седого мужика в зелёной форме с погонами майора.
— А я за сигами схожу, — сам Толик как раз вышел вслед за мной. — Пошли, Паха.
— Слушай, Толик, — дремавший в уголку Устинов, накрытый милицейской шинелью советских времен, вдруг открыл глаза.
— Купи хлеба, почаюем хоть. А то за всю ночь в брюхе ни крошки.
— Можно пирожков купить, — предложил я. — И не в «Фатиме», а хороших, знаю одно место. Надо будет только подождать немного, когда откроются.
— Ну, если вкусные, то подождём. Доверюсь твоей оперской чуйке, Пашка, она у тебя на всю катушку работает. Но если не вкусные, смотри мне тут, — он грозно посмотрел на меня, а потом усмехнулся. — Ладно, мужики, не тяните, жрать охота.
Город просыпался, машины бибикали, проезжая мимо, люди торопились на работу.
Толик шёл рядом, хотя сигареты мог купить и в том лотке. Но, кажется, он просто хотел поболтать.
— Вот всё понять не могу, — говорил Толян, — как ты так резко всему научился? Ты же в школе милиции… ну, не сказал бы, чтоб прям выделялся. Не, ну пятёрок-то много, но я-то лучше тебя учился. А по ОРД и тактике я впереди был всего взвода. А тут смотрю, не в понятках, откуда ты всего нахватался?
— Опыт, Толян, не пропьёшь, — я засмеялся и хлопнул его по плечу.
— Да ну! Откуда он у тебя, опыт-то? — он отмахнулся. — Ладно, молчу, а то опять поругаемся, как в тот раз.
— Да не поругаемся. Мало ли, из-за чего поцапались, я вот даже не помню, если честно. Давай о приятном. Вот сейчас с этими разгребёмся, потом с Гансом порешаем, и можно будет посидеть, отметить. Тут соседка у меня живёт, приглашал я недавно, попрошу, чтобы подружку свою позвала.
— А чё бы и нет? — Толя заметно оживился.
