Во-первых, я познакомился с Андрюшей (на всякий случай уточню, что это вымышленное имя). В одном доме, куда я оказался вхож в виде Игнатия, служил охранник, сын которого очень тревожил его своим поведением. Папаша уже планировал обратиться к психиатру, но узнав, какого рода услуги я оказываю хозяевам, попросил меня посмотреть парня. Конечно, я мог отказаться и с возмущением сдать охранника хозяевам, как он смеет навязываться мне! Самому Игнатию! Но как человек старой закваски, я согласился помочь и не взял денег при условии, что он никому не расскажет о моей благотворительности.
Что ж, я ни секунды не пожалел о своем решении. Андрюша балансировал на острие между шизофренией и гениальностью, и мой опыт помог ему склониться в сторону последней. Я много и упорно занимался с ним, помогая его запредельно развитому интеллекту комфортно разместиться в душе обычного человека, и могу гордиться результатом. Сейчас это один из лучших компьютерщиков мира, богатейший человек и мой единственный друг.
К слову, если вдруг Вы все же его найдете, он ничего не знал о моих проделках и понятия не имел, зачем мне реальные координаты людей из социальных сетей. Я просил установить личность, он делал, потому что неловко отказывать человеку, которого почитаешь как второго отца.
Прошло несколько лет, я «наигнатил» довольно приличный капитал. Первым делом установил у Веры на могиле прекрасный памятник вместо того бетонного убожества, на которое расщедрилась мачеха, пока я сидел.
Сначала думал заказать нашему камнерезу Никите, удивительно талантливому мужику, не сумевшему пробиться дальше кладбища, мраморный барельеф с Вериным портретом, но потом подумал, что это будет неправильно. Зачем мне смотреть на холодные каменные черты, когда перед глазами всегда ее живое лицо?
Никита предложил мне довериться его художественному чутью и сделал чудесный барельеф с букетом роз, каждый раз, приходя, я поражаюсь тонкости работы.
Я с удовольствием потратил на памятник все деньги, но не успел оглянуться, как заработал еще больше. Появилась проблема: как их хранить, чтобы не спалиться, не вызвать вопросов, откуда у нищего алкаша Шелеста такие суммы, и в то же время не потерять их при ограблении? Я был равнодушен к деньгам, но не хотелось, чтобы дурные люди воспользовались плодами моих трудов.
