— Вы представляете вашего клиента. И естественно, считаете, что он невиновен.
Карр настороженно посмотрел на прокурора.
— И что же? — спросил он.
— Тогда возникает вопрос: если не он, то кто? Я не могу поверить, что такой умный человек, как Риббер, убив, оставил на месте преступления пистолет с отпечатками пальцев.
— И я не могу, — согласился Карр.
— Значит, единственный вывод, который можно сделать, это тот, что Риббер стрелял в труп.
— Я надеялся, что вы догадаетесь об этом раньше.
— Я и догадался.
— Так вы закрываете дело? — с надеждой спросил Карр.
— Не знаю, — ответил Селби. — Мне кажется, вы упустили один очень важный факт.
— Какой именно?
— Если Риббер стрелял в труп, то зачем он это сделал? Естественно, чтобы спасти кого-то. Кто же этот неизвестный? Вероятно, истинный преступник. Следовательно, если мы сможем найти человека, которого защищает Риббер, мы найдем и убийцу.
— Понимаю, — уклончиво сказал Карр.
— Значит, — продолжал Селби, — нам надо использовать психологическую третью степень.
Необходимо заставить его думать, что человек, которого он защищает, может бросить его на произвол судьбы. Я хотел, чтобы он думал, будто у нас есть новые данные.
Глаза Карра заблестели.
— Значит, новых данных вы не нашли? — спросил он. Селби засмеялся.
— Конечно нет. Мы подумали, что сможем одурачить Риббера, но вас-то одурачить не удастся, поэтому я вам все и рассказываю.
— А этот пистолет ничего не означает?
— Абсолютно ничего. Это пистолет шерифа.
— А как насчет отпечатков?
— Ну, это ерунда, — осторожно ответил Селби.
— Выходит, что это были отпечатки не Риббера?
— Нет, не его, — нерешительно сказал Селби. Карр закурил сигару. Несмотря на кажущуюся самоуверенность, он был немного смущен.
— Я думаю, — начал Селби, — мы должны как-то договориться. Карр, если ваш клиент невиновен, то в ваших же интересах сообщить нам факты.
— Естественно.
— И в интересах вашего клиента вы должны помочь нам найти человека, которого он защищает, потому что этот человек настоящий убийца.
— Понимаю.
— Если вы нам поможете, мы поймаем убийцу и закроем дело против вашего клиента.
— Что я должен сделать? — спросил Карр.
— За ночь, я думаю, мы получим еще некоторые факты, которые подействуют на Риббера. Мы не знаем, что случилось, а он знает. Если мы, располагая данными, начнем действовать, Риббер поймет, что нам многое известно, и ему придется раскрыть свои карты.
Карр молчал.
