— Здесь много шансов осудить невиновного. Мне это не нравится. Я хочу настоящей работы. Я жажду удачи, но честной. Я должен победить с помощью логики, суметь убедить присяжных, что я прав.
— Дуг, ты в таком же положении, как и Риббер, — усмехнулась Сильвия.
Брэндон кивнул.
— Его этим не проймешь, Сильвия, — сказал он.
— Это же несправедливо! — с негодованием проговорила девушка.
Селби усмехнулся.
— Нет. Я иду даже дальше, чем хотел. Еще есть одежда. Мы знаем, что пуля прошла сквозь ткань пиджака. По размеру пятна… Ну, я пока помолчу про это.
Карр, очевидно, не знает, что костюм у нас.
— А если бы узнал, разве это ему помогло бы?
— Немного. А мы представим костюм в суд.
— Зачем, Дуг?
— Потому что это тоже вещественное доказательство.
— Но это же пойдет на пользу и другой стороне.
— Думаю, да. Я поговорю об этом с Гауминсом. Надо найти его… А вот и он! Гауминс заглянул в дверь.
— Входите, Гауминс, — пригласил Селби. — Садитесь. Это миссис Мартин. Она работает в одной из наших газет. Я хочу задать вам несколько вопросов.
— Пожалуйста. Селби кивнул шерифу:
— Рекс, покажи костюм.
Брэндон мгновение колебался, потом открыл сейф и достал пиджак. Селби подвинул его Гауминсу.
— Что вы скажете об этом? Криминалист стал осматривать вещи.
— Похоже, что именно эта шерсть была на пуле, — заключил он. — Вы думаете, что этот костюм принадлежал убитому?
— Мы в этом уверены.
— Значит, он был в костюме, когда его застрелили?
Селби кивнул. Гауминс достал сигарету и закурил.
Взгляд его задержался на окне.
— Ну? — спросил Селби.
— Если бы я был на вашем месте, мистер Селби, — сказал Гауминс, — я бы просто забыл об этом костюме, если в деле нет ничего существенного, что вы можете представить еще.
— Что вы хотите этим сказать? — спросил Брэндон.
— Та сторона знает об этом?
— Нет.
— Тогда я забыл бы про этот костюм.
— Почему?
— Судя по характеру пятен крови и по тому, что было значительное кровотечение, я бы сказал… Ну, в общем, пуля «Питере» была смертельной.
— Даже учитывая утверждение миссис Артрим, что мужчина, которого она видела, был голым, а видела она его за несколько минут до выстрела?
Гауминс тщательно обдумывал свои слова.
— Этот костюм, — продолжал он, — если он принадлежал убитому, является косвенной уликой. Адвокаты очень любят подобные улики. И какими бы незначительными они ни казались, они часто бывают важнее, чем показания свидетелей. По-моему, владелец этого костюма был застрелен, когда костюм был на нем.
