Когда он подошел к двери, внезапно раздался телефонный звонок. Здание прокуратуры имело отдельный распределительный щит, но ночью прокуратуру подключали к линии службы шерифа. Селби не любил поздние телефонные звонки. К тому же у шерифа всегда есть дежурный, который может ответить. А если случится что-то важное, шериф сообщит ему.
Он стоял около двери и хмуро смотрел на телефон, продолжавший звонить. Наконец снял трубку.
— Это мистер Селби, окружной прокурор? — спросил женский голос.
— Да.
— Мистер Селби, я могу сейчас вас увидеть?
— Кто это говорит?
— Это снова миссис Фермал.
— Где вы находитесь?
— В городе, — ответила она. — В кондитерском магазине. Если вы задержитесь у себя, я приду. Я звонила в два-три места, пытаясь вас разыскать. Мне сказали, что вы у себя.
— Я вас жду, миссис Фермал. Дверь будет заперта, но я подожду вас.
Он положил трубку, осторожно выглянул из-за штор, потом быстро спустился вниз и стал ждать у входа.
С грохотом подъехал старомодный автомобиль миссис Фермал. Селби наблюдал, как женщина ставит машину на стоянку.
Потом она захлопнула дверцу машины и решительно направилась к зданию прокуратуры. Селби открыл дверь и впустил миссис Фермал.
— Добрый вечер, миссис Фермал.
— Мы будем разговаривать здесь? — спросила она, тяжело переводя дух.
— Лучше поднимемся в кабинет.
Пройдя коридор, они зашли в кабинет Селби. Он усадил ее в кресло напротив своего стола и сел сам.
— Что случилось, миссис Фермал? Вы выбрали такое позднее время и так возбуждены…
— Да… Вы наверное уже забыли обо мне… А я помню о вас.
Селби ждал. Она улыбнулась, помолчала, потом вдруг спросила:
— Который час?
— Четверть одиннадцатого, — ответил Селби, взглянув на часы.
— Я тороплюсь, — сказала она. — Вы честный человек, искренний. Вы много сделали для меня и моего мальчика…
— Я пытаюсь быть честным, миссис Фермал. Я делаю все, от меня зависящее…
— Да, чтобы всем было хорошо.
— Да, это так, но зачем вы хотели видеть меня?
— Если узнают о моем визите к вам, я потеряю работу, — ответила она.
— Я никому не скажу.
— Карр дома кого-то скрывает, — сообщила она.
— Держит взаперти? — спросил Селби. — В качестве пленника?
— Не думаю.
— Откуда вы знаете, что он кого-то скрывает?
— В некоторые комнаты он никому не разрешает заходить.
— Понятно.
— Иногда, когда он на работе, я ношу туда еду. Конечно, по договоренности с ним…
— Вы хотите сказать, что готовите пищу не только для хозяина, но и еще для кого-то?
— Да.
— Для кого же?
— Не знаю.
