— Сомневаюсь, что это к чему-нибудь приведет, — возразил Селби. — А что, если попробовать сказать Нидхэму, что Хендли сознался?
— Такие трюки нынче уже не проходят, — ответил помощник. — Для своего времени уловка была отменная, но с тех пор ее слишком много эксплуатировали.
Простачка на ней еще можно провести, а вот таких тертых ребят, как эти, — ни за что.
— Что-то они мне не показались такими уж тертыми, — заметил Брэндон. — Скорее, так себе.
— Обрабатывать нужно Нидхэма, — сказал помощник. — У второго скорлупа потверже, он тип ушлый.
Такого голыми руками не возьмешь, или я ничего не понимаю в своем деле. Кстати, у нас на него заведена карточка, и она подтверждает это. За ним водится три или четыре темных дельца, и на этот раз ему уже так просто не выкрутиться. Что касается Нидхэма, то он, похоже, раньше с полицией не встречался. Возможно, потом нам удастся что-нибудь на него раскопать, но в данный момент мы никакими уликами против него не располагаем.
Так что, ребята, если в вашем графстве он что-нибудь натворил, — он ваш.
Можете забирать. Напишите расписку и поступайте с ним, как знаете. Меня это уже не касается. Главное — заберите его в свое графство.
Глаза Селби лукаво сузились.
— О’кей, мы это сделаем, — сказал он. — Между прочим, у меня тут возникла одна забавная мысль. У нас там в тюремном кабинете есть телефон с необычной трубкой. Когда кто-то звонит, разговор слышен по всей комнате. Так вот, мы посадим Нидхэма там и начнем обрабатывать.
Ровно в двадцать минут восьмого вы мне позвоните. Нидхэм будет находиться поблизости от аппарата. Вы должны будете произнести в трубку в точности то, что я вас попрошу. Вы сможете это сделать?
— Конечно, если вы это напишете, — ответил помощник шерифа.
— Где можно воспользоваться пишущей машинкой? Помощник указал на приемную.
— Дуг, ты очень устал, — произнесла Сильвия Мартин. — Давай я помогу тебе.
Селби помотал головой.
— Нет, это одна из тех вещей, которую я должен сделать сам.
Мне нужно все продумать, отшлифовать. К тому же, если не возражаешь, я не хотел бы, чтобы кому-нибудь, кроме меня, было известно содержание записки.
— Хорошо. Если от меня потребуется какая-либо помощь, то позови.
Селби кивнул, заправил лист бумаги в машинку и принялся стучать по клавишам. Минут тридцать он работал, судорожно что-то печатая, временами останавливаясь, чтобы, нахмурившись, уставиться в пространство, и затем снова принимаясь за дело.
