Какая там ревность, что вы! Просто захотелось кое-что узнать.
– Скажите, Григорий Дмитрич, я заметил по пути сюда, что на стенах много оружия: конечно, я невеликий знаток в этой области, но все же, развейте мое недоумение – украшать дом самыми обычнейшими револьверами и винтовками? Благо были бы они хоть чем-то там украшены или отличались особой редкостью? Да и то, в таком количестве, что… На мой неискушенный взгляд, с этим делом вышел небольшой перебор.
– Вы правы, Виктор Данилович, оружие самое обычное, поцарапанное, потертое и все такое прочее. Но хозяину этой коллекции оно ценно и памятно совсем не своим внешним видом, поверьте.
– Хм? А чем же тогда?
Их вчерашний сопровождающий улыбнулся еще раз, этакой безмятежно-доброй улыбкой, и ответил, раскрывая небольшой секрет своего начальника:
– Примерно из трети этого оружия хоть раз, да выстрелили в Александра Яковлевича.
А из того винчестера, что так привлек ваш взгляд, стреляли и в него, и в меня. К счастью, как вы видите, без особых успехов. Остальное – обычные трофеи, взятые у… гхм, побежденных.
Кузина тревожно охнула и самую малость побледнела, а ее муж старательно припоминал количество стреляющего железа на стенах. Одновременно и все так же старательно пытаясь представить себе треть от его общего количества.
Подсчитал и представил, после чего тут же недоверчиво покачал головой: по всему выходило, что во время службы в князя Агренева стреляли все, кому только было не лень. Собственно, его давно уже должны были убить, причем, так сказать, как минимум с тройной гарантией.
– Как же вам?.. То есть конечно же князю, удалось добыть такие, гм, ценные раритеты?
– Вы знаете, Александр Яковлевич иногда бывает очень настойчив в своих желаниях.
Ну, вы меня понимаете?
Анна Петровна немного пришла в себя и тут же поспешила поучаствовать в разговоре. Вернее, перевести его на более приятные темы:
– Скажите, вы так много знаете об Александре?.. Не ошибусь, если предположу, что вы вместе служили?
– Так точно.
