Лучи света, извергаемые двумя фонариками, все глубже и глубже погружались в природный провал в земле, и вековечная тьма с неохотой пропускала непрошеных гостей сквозь себя. С тоской вспоминая при этом свою лучшую подругу, ушедшую, похоже, навсегда, – тишину. Ох уж эти беспокойные людишки…
– Нет, Андрей Владимирович, основной вход в подземный комплекс будет с другой стороны, а этот переделаем в аварийн… Осторожно!
Не заметивший в темноте под ногами толстый резиновый шланг, Сонин едва не пропахал в известняке солидную борозду.
Собственным, а потому нежно лелеемым носом.
– Непорядок!
– Что, простите?!..
Резкая глухота его спутника, Валентина Ивановича Греве, была вполне простительна – они уже почти пришли, и ритмичный грохот множества отбойных молотков отзывался в голове нарастающим звоном и подступающей мигренью. Впрочем, предусмотрительно взятые с собой наушники помогли и от первого, и от второго, только по лицу время от времени пробегали волны нагнетаемого сюда воздуха, да глаза немного резало от приближающегося изобилия света.
Шаг, другой, третий – и Андрей Владимирович оказался в большой извилистой пещере… Нет, не так. Он оказался в бывшей большой пещере. Ныне же ее целенаправленно и с немалым усердием превращали в длинную галерею с высоким сводом, ровными стенами и полом, причем делали это никак не меньше полсотни человек зараз. Примерно дюжина подравнивала пол, вовсю пользуясь при этом новинкой Русской оружейной компании – пневматическим отбойным молотком.
Еще человек пять копошились на лесах, время от времени полыхая в вышине короткими разрядами электросварки, а остальные деловито собирали из досок и изогнутых листов фанеры довольно странную конструкцию. Которая, впрочем, при вдумчивом рассмотрении оказалась всего лишь арочной опалубкой под железобетонный свод.
– Прямо крепостные казематы! Валентин Иванович, а зачем…
Внезапно проснулась и тревожно замигала красным светом целая батарея лампочек, дополненная коротким взревыванием маленькой сирены.
Тут же стих дробный перестук отбойников, часть работников уселась отдыхать, а другая часть скучковалась на дальнем от входа краю галереи, собираясь на небольшой перекур. Греве стянул толстенные пробковые наушники, подождал, пока его примеру последует управляющий, и коротко пояснил:
– Плановый перерыв, на четверть часа – специально время подгадал, чтобы шума да пыли поменьше было.
