"
"– Приказываю пройти курс психической реабилитации в санатории мадам Жакотэ! А ребятам передай вот эти направления, в санатории попроще.
Глядя на два протянутых «направления» сотенного номинала, Григорий «отмер» и начал усиленно соображать.
– Это не те ли курсы, Александр Яковлевич, на которых ты у меня чернявенькую Луизу уве…
– Главный инспектор, выполнять!
– Слушаюсь, ваше благородие!
Изо всех сил давя улыбку и подчеркнуто четко развернувшись на сто восемьдесят градусов (не позабылась школа незабвенной памяти ротмистра Розуваева, ох, не позабылась!), начальник отдела экспедирования щелкнул каблуками.
После чего строевым шагом отправился поправлять свое столь некстати пошатнувшееся душевное равновесие.
«И бутылку с собой забрал. Алконавт!»
– Луизы ему для друга жалко…
Вернув свое внимание к укладкам, Александр аккуратно отложил обязательство о сотрудничестве и углубился в текст.
«Итак, что у нас? Депари Григорий Иванович, сорока двух лет, мещанин.
Широко известен в узких кругах питерских гомосексуалистов, так как по своей основной профессии – сводник и поставщик «молодого мяса» своим постоянным клиентам. Обширные связи… Видимо, во всех смыслах этого слова. Впрочем, тем и ценен – знает всех «меньшевиков» города Санкт-Петербурга и кое-кого из других городов. Хе-хе, практически является почетным членом Голубого братства. А по нечетным, так сказать, наоборот».
Содержимое картонок хозяин кабинета читал медленно и вдумчиво, подчеркивая интересные места и фамилии красным карандашом; а самые интересные персоналии – так даже удостоились быть занесенными в отдельный список.
Какие в нем были фамилии, какие имена! Барон Краммер, совсем не рядовой пролетарий министерства иностранных дел; барон Ливен, скромный служащий Императорского Эрмитажа; доблестный командир третьего эскадрона лейб-гвардии Конного полка, ротмистр граф Стенбок; князья Орлов, Львов и Мухранский-Багратиони; директор императорских театров Всеволожский; секретарь испанского посла Ляс-Лянас, полковник главного штаба, один из столоначальников Министерства государственных имуществ, десяток сенаторских сыновей…
«И украшает, а также возглавляет список еще один князь, Мещерский.
Камергер двора, редактор газеты «Гражданин», но самое главное – личный друг нынешнего императора. И как следствие этого, влияния и власти у него – хоть отбавляй. Н-дя!..
