А чего раньше не обратился за вспомоществованием? Тебе другое жилье еще… – Главный инспектор мельком просмотрел даты рождения детей и хмыкнул: – Три сына назад положено было. Богатый ты человек, Силантий, завидую. Аж восемь наследников настрогал. Да семь девок – видать, слабо в те разы старался, без должного усердия, а? Силен!
Переждав дружный хохот остальных охранников, главный инспектор добродушно подвел итог:
– Поможем твоей нужде. Сам писал?
– Сам, Григорий Дмитрич, как есть сам.
– Оно и видно: как курица лапой, прямо еле-еле и разобрал твои каракули.
Садись, переписывай набело. Да поразборчивей пиши, гр-рамотей!
Увидев, что вопрос вроде как решен положительно, вернее, будет решен, еще один охранник решил немного изменить свою судьбу. Смельчаку уже давненько надоела рутина службы на проходной, отчаянно хотелось чего-то нового и интересного и при этом крайне желательно более денежного. Например, попробовать себя в отделе экспедирования, собственно экспедитором. Какие там деньги люди зашибают! Сказка! Просто как сыр в масле катаются.
Опять же, особое благоволение хозяина именно к работникам этого отдела уже давно стало чем-то вроде пословицы. А если рылом не вышел в экспедиторы, так это тоже не беда – если, конечно, правдивы слухи о том, что господин главный инспектор собирается обзавестись десятком-другим официальных подчиненных. Младший инспектор условий труда – это звучит! И, пожалуй, куда как лучше простого экспедитора. Начальственная должность, не абы что!
В ответ на немного путаное и сбивчивое, но вместе с тем весьма искреннее обращение Григорий Дмитрич для начала задумчиво подкрутил кончики усов и хмыкнул:
– Хм.
Собираюсь, верно. Да вот все как-то собраться не могу.
Поглядев на смельчака каким-то непонятным взглядом, он дотянулся до стопки бумаги и «отщипнул» от нее еще пару листов.
– Пиши прошение о переводе и всю свою биографию.
– Виноват, Григорий Дмитрич, так я же уже?.. Понял. Что писать?
– Где родился-крестился, как и кем служил, ну и все в таком же духе и со всеми интересными подробностями.
И самое главное. Только правду, какой бы она ни была. Понял? Ну а раз понял, так и приступай.
Многодетный отец чертыхнулся и в очередной раз смял испорченный кляксой лист.
– Семен, раз уж начал ему помогать, так помогай до конца. А то он со своей писулькой до вечера провозится.
Не спеша пролистав вторую укладку и позаимствовав из нее еще пяток служебных записок, Долгин допил свой чай и принял заявку на оказание матпомощи.
