То есть, тот завал, который я видела днём, это всё прочитала Элена? Жуть какая…
– И за сколько же она всё это прочла? – Мой голос сел не иначе, как от удивления.
– За полгода, – сморщилась девушка и было понятно, что ей обидно – она-то не читала книги в таком количестве за такой короткий срок, хоть и не нуждалась ни в еде, ни в отдыхе.
– А какие отношения их связывали с ректором? – Спросила, сама не знаю для чего. Почему-то вдруг стало жутко интересно – Элену он тоже всегда так донимал и это «счастье» досталось мне уже по наследству?
– В том-то и дело, что никаких, – усмехнулась Риша.
– Как человека, он её недолюбливал, особенно за связь с Элшаром, но как преподавателем – был доволен. Поэтому их отношения сводились к незначительным выволочкам и замечаниям.
Что-то слабо верится. Либо Риша ошибается, либо… Господина ректора подменили вместе с исчезновением Элены. Потому что мне он буквально прохода не даёт, и ведь для этого не было никаких особых предпосылок.
Понятно, что совсем ничего не понятно. История с ректором добавляется в копилку странностей, которые мне ещё предстоит разгадать. Или, может, не стоит лезть ни в какие чужие тайны? И оставить всё как есть?
Ну да, а если Гриша вовсе про меня забудет, то, что тогда? Нет, раз уж я здесь, вместо Элены, то и проблемы эти меня касаются непосредственно. Почти непосредственно, но это не важно.
– Это всё? – спросила Ришу, которая молчала, пока я обдумывала полученную информацию.
– Всё, – призналась девушка после небольшой заминки, а потом спохватилась, – Разве что я могу дать тебе книги, которые она брала последними.
А вот это уже хоть что-то.
– Давай! – несказанно обрадовалась эдакой малости, но энтузиазм мой угас, стоило Рише появиться с высоченной стопкой, которая по тяжести легко могла сравниться с парочкой мешков цемента.
Но сказанного – не воротишь. Пришлось тащить это всё в комнату. Как я не навернулась на лестнице и не перебудила всю академию разом – ума не приложу.
Но была очень этому рада. Не хватало ещё вновь увидеть ректора. Пришлось бы объяснять какого лешего я по ночам шастаю где ни попадя. А искромётные объяснения у меня уже закончились. Лимит, так сказать, иссяк.
Кое-как добралась до квартиры, кряхтя открыла дверь и ввалилась в собственное жилище. Усталость брала верх, и я уже не мечтала ни о чём, как только принять душ и завалиться на кровать.
