Знал бы кто, какой ценой она досталось мне. Внутри всё тряслось, будто я только что на тарзанке со скалы прыгнула, и сердце стучало, как сумасшедшее, а по спине струился холодный пот.
Впервые, с момента своего попадания, я осознала, насколько действительно влипла. Пусть временно, но это не отменяет того факта, что ситуация патовая."
"Только минут через пятнадцать я немного успокоилась и стала прислушиваться к тихим разговорам студентов. По сути, речь их ничем не отличалась от мне привычной, разве что мат и сленговые словечки отсутствовали.
Но на замену им они употребляли что-то вроде: тьма тебя подери, не приведи пресветлая, чтобы тебя мертвяки сожрали. Ничего необычного и экстраординарного.
Я делала вид, что изучаю какую-то бумажку с причудливыми формулами, но на деле ни одну закорючку распознать так и не смогла. И окончанию пары, которую ознаменовал мерный перезвон чего-то похожего на наш земной звонок, была рада не меньше приободрившихся студентов.
Попрощались со мной лишь некоторые, но я и не претендовала на их благосклонность.
На клочки не разорвали и то благо. Правда, обрадовалась я рано, потому что стоило мне направиться к выходу из аудитории, вслед за последним студентом, как меня буквально внесли назад, смяв в недвусмысленных объятьях.
Профессор Элшар!
Он ногой закрыл за собой дверь, при этом удерживая свои руки на моей груди, и впился в губы омерзительным поцелуем. Всё происходило так быстро, что я толком и отреагировать не успела. Забилась только, когда меня спиной впихнули в неприметную дверь, что вела, как оказалось, в подсобку, заваленную свёртками бумаг.
Ударила кулаком по спине, потом ещё раз и ещё, но пока не прикусила напористые губы, этот пень бесчувственный не отпустил меня.
Я отскочила назад, и принялась рукавом неистово оттирать рот от этого пакостника.
– Эфена, – выпячив укушенную губу, прошепелявил профессор, – што ты дефаешь?
Я же едва не плакала.
– А вы что делаете, профессор? – Простонала, с трудом сдерживая рвотные позывы.
– Что вы себе позволяете вообще!
– Я? – От удивления он выпрямился и даже забыл о покалеченной части физиономии. – Элена?
И сделал шаг ко мне, я же взвизгнула и вооружилась увесистым свитком:
– Не подходи! Зашибу!
Угроза вышла так себе.
– Элена… – растерянно хлопая глазами он прижался к противоположной стене, и я рванула на выход из этой каморки. И надо же такому случиться, тьма меня подери, в аудиторию вошёл сам господин ректор, собственной персоной.
