Влада же и не настаивала на общении, не задавала лишних вопросов и не мельтешила перед глазами. Она следовала за мной как тень и держалась очень отстраненно. Причем по отношению не только ко мне, но и вообще избегала останавливаться на ком-либо пристальным взглядом. В какой-то момент я, обернувшись, заметил, что она сидит в глубине зала и смотрит просто в потолок с отсутствующим видом.
Наверное, для нее весьма непросто находиться в подобном месте, но когда спросил, не стоит ли ей подождать меня, где-нибудь прогуливаясь, она молча покачала головой, сохраняя нечитаемое выражение лица.
Но скрыть облегченного выдоха, когда мы, наконец, покинули не только здание, но и парковку перед зданием суда, она все же не смогла. Как и радостный блеск в глазах, когда она вертела головой, охотно рассматривая прохожих и вообще всех в окружающих машинах. Было такое ощущение, что она жадно сканирует все вокруг, как человек, долгое время вынужденный хранить неподвижность, который потом старается размять затекшие мышцы.
И я твердо решил, что когда будет предварительное слушание по делу Сысоевой, я найду повод оставить Владу в отделе. Доберусь как-нибудь сам. Видеть снова ее в таком же состоянии как тогда я не хочу.
– Есть предложение перекусить и поехать опрашивать соседей и знакомых нашей жертвы разбоя, – сказал я, когда Влада аккуратно вырулила на проспект.
– В любом случае командуешь тут ты, Антон. Как скажешь, так и будет, – спокойно пожала плечами Влада, а я вдруг вспомнил о необходимости уже написать бы первый отчет о нашем взаимодействии и скривился.
– Что? – тут же встревожилась женщина. – Что-то болит?
Пока нет. То есть, конечно, ключица ныла, но это ничто по сравнению с тем, как будет болеть совесть, если напишу так, как хочет начальство, а если нет, то вполне может пострадать моя задница и остальные ценные части тела, которые мне как родные.
– Нормально все.
В кафе быстрого питания мы застряли в огромной очереди, так как умудрились попасть точно на время обеда в большинстве окружающих офисов, и, едва забрали свой заказ, подал голос мой телефон.
И тут же моя несчастная пятая точка учуяла запах неприятностей. Взглянув на экран, я увидел, что звонит Никита Варавин. Мы учились вместе, но его городская жизнь не прельщала, и он вскоре после выпуска перевелся в родной РОВД районного центра, «удачно» женился на дочери тамошнего главы и сейчас уже дослужился аж до целого его замначальника. Не то чтобы конкуренция была там великая.
