Вернувшись из морга, я застал Владу и Никиту в его кабинете, и она выглядела так, словно ей неуютно, что тут же меня напрягло совершенно непроизвольно.
– Антох, я тут предлагаю вам с твоей… коллегой у нас в коттедже сегодня заночевать, – преувеличенно бодро сообщил мне с порога бывший однокашник.
– С чего бы? – поднял я бровь, перехватывая хитроватый взгляд Варавина, и заметил, как порозовели бледные щеки Влады при его нарочитой заминке при озвучивании ее статуса.
– Вам же по-любому надо дом потерпевших осматривать? – Я сдержанно кивнул.
– А нам тут еще канцелярии на пару часов, ночь уже будет. Так давай поездку в Немово до завтра и отложим? Айда ко мне! Баня, ужин нормальный, разговоры за жизнь.
– Нам бы не хотелось вас стеснять, – покачала головой Влада, а я зацепился сознанием за естественно произнесенное «нам».
– Да какое стеснение! Дом-то с расчетом на то, что родители с нами жить будут, строили, и в вашем распоряжении одна половина! – Никита стал подмаргивать мне, и у меня у самого чуть глаз не задергался от усилий не заржать от его намекающих гримас.
– Дело-то оно никуда уже не денется. Моя Ольга только «за» обеими руками! Она у меня гостей просто обожает!
Я вопросительно посмотрел на Владу и понял, что ее смущает. Она видела этого пройдоху Никиту с его топорными сватовскими ужимками насквозь, а еще прекрасно понимала, что и я тоже в курсе, о чем речь на самом деле. Вот же дурень, Варавин. Он что думал, что нам только местечка для того, чтобы предаться разврату, не хватало?
– Если Влада не против, то я не откажусь.
Только без бани, – пошевелил я спеленутой рукой.
– Вот я, блин, балда! – шлепнул себя по лбу сводник без стажа и погрустнел. Похоже, его идеальный план нашего с Владой совместного совращения без бани трещал по швам. М-дя-а, бедный Никитос!
Я уже больше не мог сдерживаться, рот так и расползался. Влада за его спиной тоже улыбнулась, и в ее глазах появился какой-то совершенно новый огонек. Что-то весьма похожее на вызов или… обещание? Черт его знает, но на это моментально откликнулась моя неугомонная нижняя, мать ее, чакра.
И в этот раз у меня не нашлось доводов, чтобы приструнить ее чрезмерные ожидания.
Спустя несколько часов, пары рюмок хорошего коньяка и душевных посиделок на Варавинской огромной кухне за столом, который ломился от всяких божественных угощений, сотворенных Ольгой, нас с Владой, уже изрядно разморенных, технично спровадили-таки во вторую пустующую часть дома.
