– Помочь?
Покачал на руке, глядя ей прямо в глаза и четко давая понять, что речь совсем не об этом бауле.
– Зачем вы здесь, Антон? – тихо спросила Влада, полностью разворачиваясь и прижимаясь к забору.
– Я уже сказал.
– Вы не тот, кто может мне помочь, – покачала головой, и плечи ее бессильно опустились.
– Не попробуешь, как говорится, не узнаешь. Да и чаю хочется, аж в глотке Сахара, – театрально покашлял, изображая, что засыхаю. – Я вас своим дешевым поил. Ответите любезностью?
– Пожалуй, я рискну показаться невежливой и откажу вам.
– Женщина обхватила себя руками в защитном жесте и, закусив губу, покачала головой. – У меня не так много времени сейчас. Еще меньше его станет, когда вы напишите свой рапорт.
Я аж крякнул от чувства досады и стыда за те вырвавшиеся слова угрозы.
– Слушайте, Влада. Я тогда выразился не совсем корректно. – Потому что Васька прав, и я могу быть редким придурком, ага. – Я не собираюсь писать именно то, что сказал.
– Не собираетесь сейчас или вообще? – Не нужно быть гением, чтобы прочитать подозрение в том, что я буду держать теперь знание об этом моменте ее слабости, как козырь в рукаве.
– Влада, послушайте, раз уж нам работать вместе и никуда от этого не деться, вам стоит знать: я лентяй, козел, бабник, грубиян, каких поискать, и черствая скотина, но я не стукач и не подлец. Уяснили?
Влада прямо посмотрела на меня, и я ответил открытым взглядом, стараясь игнорировать уже знакомое шокирующее чувство вскрытия моего сознания скальпелем этих расширившихся зрачков и не закрываться от нее.
Фигня, оказывается, это только в первый раз как будто автобус сбил, а потом ничего так, просто освежает. Не стал закрываться и защищаться и вдруг ощутил, что контакт этот не односторонний. Всего мгновение безмолвного откровения, и я понял, что все мои подозрения в манипуляциях, притворстве и прочей хрени – полная чушь. Причем в этот раз никакой мой проросший в кости скептицизм не подкинул мыслишку, что это какие-то экстрасенские штучки, вроде гипноза или другой фигни.
– Весьма красочная характеристика, – кивнула женщина, прерывая сеанс потрошения меня. Я не смог сдержать облегченного вздоха, заметив, как изменилась ее поза, и уголок рта дрогнул в бледном подобии улыбки.
– Вы еще погодите, когда столкнетесь с кем-то из моих бывших, вот где будут краски, – буркнул в ответ, и отблеск веселья стал отчетливее. И кто бы мне сказал, почему мне самому это как бальзам на душу.
