– Впервые за разговор сквозь его ровный, почти безразличный тон пробились нотки беспокойства.
Гарденин вышел из-за стола и стал прямо напротив меня, будто намереваясь мне врезать, и, ей-богу, мне этого хотелось, потому что тогда я мог бы со спокойной душой сделать то же самое в ответ. И наплевать, что сейчас однорукий.
– Тогда почему вам не озадачиться поиском средства, как их блокировать у людей, не желающих принимать подобное дерьмо в своей голове, вместо того, чтобы использовать их, толкая в том направлении, в котором они двигаться не хотят?
– Нет таких средств! Способности – не заболевание, требующее излечения, а просто часть их сущности, которой нужно научиться пользоваться! Вы же не попросите ампутировать вам руку, потому что сейчас из-за перелома использовать ее больно?
– Не сравнивайте! Это абсолютно разное! – огрызнулся я и понял, что пора сворачивать этот разговор.
Никто тут никому ничего не докажет.
– Не настолько разное, как вам видится! – Новая волна обездвиживающего давления от Гарденина застала меня почти врасплох, отвлекая, и я пропустил то, как он вскинул руку, впиваясь жесткими пальцами прямо в место перелома.
Боль была просто охренительно дикой, и на мгновение я просто ослеп и, может, даже позорно заорал, точно утверждать не могу. Ощущение, как будто раскаленные здоровенные зубищи пережевывают мою ключицу, чуть не заставило рухнуть на колени. Не глядя махнул кулаком, но он не нашел цели, и спустя пару секунд зрение прояснилось, а боль отхлынула.
Гарденин стоял в паре шагов от меня и самодовольно усмехался.
– Можете избавиться от своего бандажа, капитан Чудинов. И на этом наша встреча закончена. Но советую подумать над тем, что способности даруются не всегда как наказание или поощрение для нас самих, а еще потому, что они могут быть жизненно необходимы окружающим.
– Если вы об этом, – дернул я уже совершенно не причиняющим беспокойство плечом, – то я вас не просил ни о каком чудесном исцелении.
– А я это и не для вас лично сделал, Чудинов. До свидания!
– Прощайте!"
"Вывалившись из кабинета, шефа я не встретил и весь путь до больницы задавался вопросом, что за бредовый разговор вышел у меня с этим проклятым наставником.
А еще о том, как я скажу Владе, что отныне все между нами меняется, и насколько идиотом при этом буду выглядеть, если она заявит, что ей ничего такого не нужно. Ну еще бы! Кому нужен мужик, которого штормит из одной крайности в другую? Антоха, ну не клоун ли ты после этого? Вот только плевать.
