Но в тот момент его интересовало другое, потому странное имя Вадим пропустил мимо ушей.
Еще выяснилось, что они находятся в соседнем с Аламором королевстве Вайперин, но близко к границе, можно сказать, в одном дне пути. В общем, за отдельную плату его снабдили необходимым продовольствием, помогли найти проводника и пожелали всех благ. При этом так усиленно кланялись, что Вадим опять что-то неладное заподозрил.
Впрочем, ему было не до того, он отчаянно спешил.
Вадима подгоняло беспокойство. Сны, приходившие ночью, казались настолько реальными, он будто голой кожей ощущал неведомую опасность, угрожавшую Мирославе.
А еще он остро ощущал чужую похоть. Ощущал как липкую грязь, стремившуюся поглотить ее.
Никто не смеет прикасаться к ней, кричало все внутри, никто!
Убъет каждого, кто попытается! Зубы сжимались, загоняя рвавшееся рычание обратно в глотку, желваки ходили по скулам, скрючивались пальцы. И тут же болезненно, словно кислотой разъедало осознание, что она далеко, и по сути, беззащитна.
А его бессильные вопли не стоят ничего.
— Запихни теперь себе в зад свою дурацкую гордыню, проклятый идиот, — рычал он, проклиная собственную глупость.
Это расплата. Это ему расплата.
Отец был прав.
Мирослава ничего не знала. А он давил на нее, лишая выбора, загоняя в тупик.
… Если она умрет, счет аннулируется в пользу государства…
Сейчас ему уже было плевать на тот счет. Что-то огромное ворочалось в душе, и этому огромному необходима была женщина, до которой он все никак не мог добраться.
… Попробуй хоть что-нибудь в жизни получить по-хорошему…
О, он попробует! Но прежде придется очень по-плохому разобраться со всеми, кто посмеет пачкать ее своей похотью!
Неудивительно, что в таком состоянии он даже не заметил, что они подобрались к границе.
Глава 17
Как только впереди замаячила пограничная переправа, местный проводник тут же расстался с ними, получив вторую часть причитавшейся ему платы. С Вадимом прощался почтительно и посоветовал на том берегу не брать проводника, мол, затратно будет, а дорога все равно всего одна.
— Не ошибетесь, — а потом странно, как-то по-особенному поклонился и добавил, — Хозяин.
Вадим нахмурился, не совсем понимая, какого черта они зовут его Хозяином, если впервые увидели. Однако расспросить проводника не удалось, тот уже пришпорил коня и скрылся. А его ждала дорога.
Впервые в жизни Вадим видел наяву, что собой представляет средневековая граница.
