Поверить в то, что рассказывал араб, трудно. Но и других вариантов у него не было. Однако, если принять все на веру, сразу вставал вопрос, что там за мир и что за жизнь в том мире? Какие там у них ценности, язык, оружие, политическая обстановка?
Куда он собирался прыгнуть, очертя голову?
Впрочем, тело женщины-иномирянки (если она иномирянка), по виду ничем от обычного человеческого тела не отличалось. Не наблюдалось и следов цивилизации, в виде маникюра, педикюра, эпатажных стрижек, депиляции или татуировок.
Женское тело в первозданном виде.
Люди и их ценности…
Людей Вадим знал хорошо, у них везде одинаковые ценности. Сила, власть и деньги.
Хотя… в последнее время к этим трем китам человеческого мира добавилось и полностью перекрыло их некое непонятное для него, но болезненное и очень сильное чувство. Он мог называть его как угодно, жаждой обладания, упорством в достижении цели, утверждением своего права, но в глубине души подозревал худшее.
Так что же привело его сюда, в абсурдное место?
Вадим отвлекся от своих мыслей.
Трясущийся араб в очередной раз исчез в потоке и появился с каким-то тряпьем и свертком в руках. В свертке угадывалось оружие. Вадим усмехнулся про себя. Добытчик.
У них в саркофаге уже набралась кучка одежды, по виду напоминавшей средневековую. Дольше ждать не было смысла. Первичный антураж им был обеспечен, эквивалентом любой человеческой валюты — золотом он запасся. Оставалось переодеться в иномирные шмотки, и сделать этот шаг за край.
В тот неизвестный мир, куда его безжалостно гнало наливавшееся тревогой сердце.
И он ступил в серебристый поток, сжимая потную ладонь проводника, не чувствуя в волнении ни ног под собой, ни страха. Короткое странное вязкое ощущение…
Другой мир неожиданно ударил их шумом битвы и яростными криками. Мгновение — Вадим не успел даже среагировать, только зажмурился, как в него врезалось что-то.
А потом — темнота.
Глава 11
После того столкновения в коридоре, других неприятных моментов на пути уже не было, и своих покоев вдовствующая королева достигла без приключений.
Однако стоило им войти в спальню, Одри странно взволновалась и метнулась к стенному шкафу, сосредоточенно его оглядывая. Потом позвала Эрвига.
— Ну-ка, толкни его. Попробуй посильнее! Давай!
Телохранитель навалился на шкаф плечом, а камеристка внезапно опомнившись, бросилась, чтобы запереть входные двери.
— Что происходит? — спросила Мирослава.
