Руки Тайлера уже перестали просто ее обнимать; теперь эти руки жадно шарили по ее телу, нащупывая обнаженную кожу.
Еще ни разу в жизни Елена не оказывалась в подобной ситуации. И помочь ей никто не мог. Она нацелила острый каблук на подъем ботинка из патентованной кожи, но парень вовремя отдернул ногу.
– Тайлер, убери руки!
– Брось, Елена, не дергайся, я просто хочу как следует тебя согреть…
– Тайлер, отпусти, – выдохнула Елена и попыталась вырваться.
Парень оступился, и они оба полетели в сплетение плюща и сорняков.
Тайлер оказался сверху, всей своей тяжестью придавливая ее к земле.
Елена в отчаянии зашипела:
– Я убью тебя Тайлер. Я серьезно. Убери руки.
По-дурацки хихикая, Тайлер попытался перекатиться на бок, но ставшие вдруг тяжелыми и неловкими руки и ноги не слушались его.
– Ну-ну, брось, Елена, не психуй. Я просто тебя согреваю. Ведь Елена – Снежная королева, ее надо согреть… Теперь тебе уже теплее, правда?
Внезапно Елена почувствовала, как он тычется ей в щеку горячими и влажными губами.
Тайлер по-прежнему прижимал ее к земле и уже лепил слюнявые поцелуи ей на шею. Тут Елена услышала, как рвется ткань.
– Охх! – прохрипел Тайлер. – Извини.
Елена повернула голову, и ее рот наткнулся на руку Тайлера, неловко ласкающую ее щеку. Она со злобным наслаждением погрузила зубы в мясистую ладонь.
Укус вышел очень неплохим – Елена ощутила вкус крови и услышала возмущенный вопль Тайлера. Рука тут же отдернулась.
– Эй! Я же извинился! – Тайлер обиженно разглядывал укушенную ладонь.
Затем лицо его потемнело от гнева, и, не сводя глаз с ладони, он сжал руку в кулак.
«Вот тебе и на, – с кошмарным спокойствием подумала Елена. – Кажется, он собирается либо изнасиловать меня, либо убить».
Она собралась с духом и приготовилась к получению удара.
* * *Стефан изо всех сил сопротивлялся побуждению пойти на кладбище. Все в нем восставало против этой мысли. Ведь когда он в последний раз там оказался, пострадал невинный старик.
Дикий ужас пронзил его при этом воспоминании.
Стефан мог бы поклясться, что он вовсе не опустошил старого бродягу под мостом, взял у него совсем немного крови, не причинил серьезного вреда. Но воспоминания о том вечере после всплеска Силы были какими-то спутанными и разрозненными. Если, конечно, там вообще случился всплеск Силы. Может статься, то было лишь его воображение – или вообще дело его рук. Страннейшие вещи могли происходить, когда потребность выходила из-под контроля.
Стефан зажмурился.
