* * *5 сентября (на самом деле 6 сентября – сейчас около часа ночи)
Мой милый Дневник!
Пожалуй, мне следовало вернуться в постель. Все лишь несколько минут тому назад я проснулась. Мне показалось, что кто-то кричит, но теперь в доме тихо. Так много всяких странностей случилось вчера вечером. Кажется, мои нервы немного сдают.
По крайней мере, я проснулась, точно зная, что намерена предпринять в связи со Стефаном. Нужные мысли просто всплыли у меня в голове. И так план Б. Фаза первая начинается завтра.
Глаза Френсис сверкали, а щеки разрумянились, когда она приблизилась к трем девочкам за столом:
– Ах, Елена, тебе непременно следует это услышать!
Вежливо, но не слишком любезно Елена ей улыбнулась. И Френсис наклонила к ней каштановую головку:
– Я хочу сказать… можно мне тоже присоединиться к вам? Я только что услышала самые безумные новости о Стефане Сальваторе.
– Садись, – тактично предложила Елена, – Однако, – добавила она, намазывая маслом пышную булочку.
– Новости о Стефане Сальваторе нас не слишком интересуют.
– В самом деле?.. – Френсис пристально на нее посмотрела.
Затем перевела взгляд с Мередит на Бонни.
– Да вы, подруги, должно быть, шутите!
– Вовсе нет. – Очистив стручок зеленого горошка, Мередит аккуратно пересчитала горошины. – Сегодня у нас уже другое на уме.
– Это точно, – подтвердила Бонни, невольно вздрогнув. – Новости о Стефане Сальваторе, они, знаешь ли, старые. Несовременные, – Она нагнулась и потерла лодыжку.
Френсис изумленно взглянула на Елену:
– А я думала, вы хотите знать о нем все."
"– Из чистого любопытства, – объяснила Елена. – В конце концов, он наш гость, и мне хотелось, как полагается, поприветствовать его в Феллс-Черче. Но, конечно, я должна буду сохранить верность Жан-Клоду.
– Жан-Клоду, – подтвердила Мередит, поднимая бровь и вздыхая.
– Жан-Клоду, – игриво повторила Бонни.
Осторожно двумя пальчиками, Елена вытянула из своего рюкзачка фотографию:
– Вот он стоит перед коттеджем, где мы останавливались.
Сразу же после этого он преподнес мне цветы и сказал… Ах, – она загадочно улыбнулась, – Этого мне, пожалуй, лучше не повторять.
Френсис жадно изучала фотографию. На ней был изображен молодой бронзовокожий мужчина без рубашки. Стоя перед кустом гибискуса, мужчина скромно улыбался.
– Ведь он старше нас, правда? – с уважением поинтересовалась Френсис.
– Ему двадцать один год.
