Всю ночь она видела кошмарные сны с его участием.
Один сон оказался в особенности реалистичным. В нем Елена увидела бледное лицо Стефана и гневное обвинение в его глазах. Он показал ей какую-то книжку и возмущенно спросил: «Как ты могла, Елена? Как ты могла?» Затем он бросил книжку ей под ноги и пошел прочь. Елена кричала ему вслед, умоляла, но Стефан так и ушел куда-то во тьму. Когда же Елена внимательно посмотрела на книжку, то узнала обложку темно-синего бархата. Это был ее дневник.
Трепет страха вновь охватил Елену, когда она вспомнила обстоятельства, при которых был похищен ее дневник.
Но что означал тот сон? Что такого было в ее дневнике? Почему Стефан оказался так разгневан?
Этого Елена не знала. Она лишь знала, что ей непременно нужно увидеть Стефана, услышать его голос, ощутить его нежные объятия. Расставание с ним было подобно расставанию с собственной плотью.
Взлетев по ступенькам в здание школы, Елена побежала по почти пустым коридорам. Она направлялась к кабинету иностранных языков, зная, что первым уроком у Стефана должна быть латынь.
Если она хоть ненадолго его увидит, с ней все будет в порядке.
Но Стефана в классе не оказалось. Сквозь маленькое окошечко в двери Елена увидела его пустое сиденье. Зато Мэтт там был, и при одном лишь взгляде на выражение его лица Елена перепугалась еще сильнее. Парень то и дело с каким-то странным подозрением поглядывал на стол Стефана.
Елена механически отошла от двери. Как автомат, она поднялась по лестнице и подошла к кабинету тригонометрии.
Открыв дверь, она заметила, как все обернулись к ней, и торопливо скользнула на пустой стул рядом с Мередит.
Мисс Гальперн прервалась и внимательно посмотрела на Елену, но затем продолжила как ни в чем не бывало. Когда учительница снова повернулась к классной доске, Елена взглянула на Мередит.
Девушка дотронулась до ее руки.
– С тобой все хорошо? – прошептала она.
– Понятия не имею, – машинально ответила Елена. Ей казалось, что воздух в помещении душит ее, будто на нее навалилась какая-то страшная тяжесть.
Пальцы Мередит были сухими и горячими. – Послушай, Мередит, ты не знаешь, что случилось со Стефаном?
– Хочешь сказать, что и ты этого не знаешь?
Глаза Мередит удивленно расширились, и Елена почувствовала, что груз становится непосильным. Словно она находилась на большой глубине без скафандра.
– Но ведь его… его же не арестовали, правда? – спросила Елена, буквально выдавливая из себя слова.
– Нет, Елена, все гораздо хуже. Стефан пропал.
