В итоге промаялись мы еще минут десять, пока я под веселые фырканья разумных ящеров садилась в лапу, как в кресло, коричневому дракону. Почему ему? Так он, по сравнению со своими сородичами, вел себя, как примерный, воспитанный дракон. Не фыркал, не рыкал и вообще вел себя послушно, что могло говорить о его вменяемости.
Прикрыв глаза, вцепившись в длинный коготь руками и ногами, словно коала, я приготовилась к взлету. Наверное, еще никогда не чувствовала такого облегчения, когда мы плавно, без каких-либо встрясок поднялись в воздух.
А со временем ко мне пришел восторг.
С высоты птичьего полета, я, не разжимая рук и ног, могла вдоволь посмотреть все вокруг, отмечая про себя то или иное различие с земным миром. Яркое солнце, нежно голубые облака, неизвестные птицы в небе и бескрайние просторы на земле. Недалеко от дома мужчин были высокие горы, шпили которых уходили далеко в небо. Еще я заметила, что резиденции в этом мире строились на довольно большом отдалении друг от друга. Драконы явно уважали уединение и личное пространство.
Спустя минут десять мы уже летели над полями, засеянными неизвестными мне растениями и можно было увидеть крыши небольших домов. Что-то наподобие деревни, решила я для себя, вот только, когда мы подлетели ближе, поняла, что земным деревням до этого вполне зажиточного городка еще далеко.
Когда пейзаж сменился каким-то лесом с разноцветными деревьями, я едва не вывалилась из лапы, потеряв дар речи. Возможно, конечно, что здесь наступила осень, и листья поменяли свой окрас, вот только они были настолько яркими и красочными, что у меня все внутри замирало.
Искренне улыбнувшись, больше не сжимаясь, я с затаенной надеждой смотрела вокруг, наконец-то в полной мере осознавая, что этот мир вскоре станет и моим тоже. Новый мир, новая жизнь, в которой нет места страданиям.
В таком приподнятом настроении я прибывала еще порядка минут пять, пока не заметила, как черный и белый драконы настороженно приблизились ближе к нам, словно бы прикрывая своего собрата своими телами.
Да и лапа, в которой я сидела, почти полностью сомкнулась, превращая удобное «сиденье» в капкан с редкими просветами.
Прильнув глазом к просвету между когтями, я с замиранием сердца, смотрела на приближение каких-то неизвестным драконов, обмирая внутри. Конечно, можно было подумать, что они летят по своим делам, все-таки такой вид передвижения не чужд им, вот только настороженность моих драконов была красноречивей всяких слов.
