Тушка вздрогнула, подняла голову, попыталась встать и шлепнулась на пол. Кое-как все же поднялась, шатаясь, пошла в угол, где лежал матрасик мопсов, рухнула на него и захрапела.
– Вот нахалка! – в сердцах воскликнула Фиса. – Залезть на кухонный стол…
– Как она туда запрыгнула? – восхитилась я.
– У Мафи ноги-пружины, – сердито проговорила домработница. – Что за звук противный, словно стая комаров пищит? Вроде от вас летит.
Я засунула руку в карман халата, вытащила мобильный и пошла на террасу.
– Привет, – бодро сказала Рая. – Мне, как всегда, пришла в голову гениальная мысль. Если у человека инвалидность, то он должен где-то лечиться, так?
– И правда гениальная, – съехидничала я.
– Смейся, смейся, – не обиделась Емелина. – А еще я сообразила. В дом милосердия принимают только тех, у кого нет родственников и друзей. Следовательно, Юлия и Лидия одинокие. Значит, если они подхватят, например, грипп или другую заразу, ухаживать за ними будет некому. Именно этого, то есть остаться без помощи, боится большинство людей с ограниченными возможностями.
И, пораскинув умом…
Я не выдержала:
– Раечка, можешь сразу сообщить, что ты узнала?
– В Москве существует «Луч надежды», милосердное общество, которое абсолютно бесплатно помогает таким больным. Основатели его – психолог Нина Парамонова, проживающая в поселке Вилкино, и ее муж Владимир. Ты мне о ней рассказывала, вы вместе участвовали в самодеятельном спектакле.
– Психолог и астролог, родители угрюмого Димы? – удивилась я.
– Вот уж никогда бы не подумала, что они занимаются благотворительностью.
– Причем весьма успешно, – продолжила Раиса. – Нина организует аукционы, разные другие мероприятия и акции, получает деньги от сострадательных граждан. У общества есть сайт, где вывешивается информация, куда уходят пожертвования. Похоже, у организации все прозрачно. Так вот, в списках получивших материальную помощь я нашла Юлию Андреевну Мельникову с травмой бедра.
И там же обнаружилась Лидия Олеговна Варсавина, которой после автомобильной аварии удалили часть правой ноги, «Луч надежды» покупал бедняжке импортный протез. Мельникова не так давно скончалась в больнице от инфаркта, а Лидия Олеговна жива и здравствует. Судя по документам, она не работает, не имеет семьи, никогда не рожала. Но, думаю, она где-то служит, просто не оформлена, как надо, получает зарплату в конверте. Сейчас поясню, почему я так решила.
