Да оно и понятно почему – мало найдется людей, желающих попасть на прием к врачу, который лежал в сумасшедшем доме. И все же документы хранятся на полках, если захотеть, их можно отыскать. Но!
Дегтярев сделал паузу.
– Убийцу Оксаны вычислили. Делом занимался следователь Михаил Реутов, я соединился с ним, чтобы выяснить некоторые подробности. А Михаил Львович огорошил меня сообщением: «Очень хорошо помню дело Петровой. Не было никаких зацепок, кроме найденной кредитки. Помог случай. Тот же мерзавец напал вскоре на Ольгу Зарецкую и здорово просчитался – девушка выглядела Дюймовочкой, но профессионально занималась боевыми искусствами, работала личным охранником, поэтому скрутила насильника и передала полиции.
Негодяй, ошарашенный таким поворотом событий, признался в убийстве Петровой. Я вызывал к себе Гарибальди, чтобы рассказать о поимке преступника, однако та лежала в психушке, ко мне пришла сестра Оксаны. Я сообщил ей подробности, предупредил, что ее могут вызвать в суд. А заседания не состоялось – гаденыш сбежал.
Умело инсценировал в СИЗО сердечный приступ, был привезен в больницу, и адью, испарился. До сих пор не найден».
Александр Михайлович взглянул на меня.
– Все поняла? Тетя и племянница знали, что Морозов не виноват. Выстроенная тобой версия рушится. Зачем им мстить? Мотива нет.
– И все же именно Федорова и Гарибальди убили жен бизнесмена. Больше просто некому, – пробормотала я.
– Глупо стоять на своем, когда ясно, что ты не права, – укоризненно произнес полковник.
Я уставилась в окно.
Нет, я чувствую, что не ошибаюсь. Но как это доказать? Если Татьяна знала про арест преступника, то… Таня знала? А Гарибальди лежала в клинике… Сумасшедший дом… самоубийство… Марго приводит Морозову жен… Что, если… Справедливость! Вот что мне поможет – любимое слово Алевтины!
Я схватила полковника за руку.
– Где Татьяна? И Гарибальди?
– С Федоровой я потолковал вчера, она подтвердила, что знала о поимке убийцы, о его побеге, и попросила не обсуждать эту тему с тетей, у той может прихватить сердце.
Сегодня я попросил Алевтину Валерьевну приехать к четырем. Наверное, она уже в приемной сидит. Сейчас меня очень интересует незаконное испытание лекарства на людях.
Я посмотрела на настенные часы, выскочила из кабинета, подбежала к Гарибальди и спросила:
– Разве справедливо убивать жен Морозова, зная, что Григорий Константинович ни в чем не виноват?"
"Она шарахнулась в сторону.
– Даша? Что происходит? О чем вы?
Татьяна отреагировала куда более остро.
