– Лучше объясните, почему не сказали Аиде о Ларисе Козловой, Валерии Охлопковой, Ирине Грушиной и Наталье Брусковой, – налетела я на психолога.
Она попятилась и уперлась спиной в один из столбов, поддерживающих крышу беседки.
– Откуда вы знаете о них?
Я плюхнулась на жесткий стул.
– Меня радует, что вы не стали врать, будто никогда не слышали о безвременно ушедших из жизни женах Морозова. Может, теперь выложите нам всю правду? Покажете мемориал? Безутешный вдовец уже повесил там фотографию Илоны? Положил в витрину ее кольцо?
Марго пришла в себя и села к столу.
– Кто вам рассказал о зале памяти?
– Так это правда? – побледнела Аида.
– А ты думала, что я тебе наврала? – изумилась я.
– Нет. Но она так хорошо объяснила… их не Григорий искал… не он… – начала заикаться Аида.
– Кто вам рассказал о зале памяти? – попугаем повторила Настина.
– Вас только это заинтересовало? – поморщилась я. – Какая разница, как я об этом узнала. Вы сейчас бессовестно лгали Аиде.
Маргарита Васильевна потерла щеки ладонями.
– Ни слова неправды здесь не прозвучало. Просто я не сообщила кое о чем. Да, Морозову удивительно не везет. Я с ним работаю давно. После той истории с вызовом в полицию я быстро нашла заместительницу Яны, но ею стала не Илона. Дело происходило в то время, когда Иля была еще маленькой девочкой. Ковалеву изображала Лариса. Прекрасная девушка, она отвечала всем моим требованиям: тяжелое детство, нет родственников, близких друзей. Такая не заведет речь об отсутствии любви к Морозову, ухватится за шанс изменить жизнь к лучшему, наизнанку вывернется, а сохранит брак.
Мне стало любопытно.
– И где вы нашли Козлову?
– Там же, где и всех, – пожала плечами душевед, – в социальных сетях. В них огромное количество одиноких женщин. Они заводят странички, куда никто не заглядывает, выставляют фото, где всегда одни. Я познакомила Гришу с Ларой, пару месяцев контролировала ситуацию, потом поняла, что они справятся сами, и взяла другого клиента, наркомана, который слез с иглы и нуждался в кураторе на время реабилитации.
Но, естественно, поддерживала связь с Морозовым и первой узнала, что у Ларисы случился инфаркт.
– Вас не насторожила смерть молодой женщины? – налетела я на Марго.
– Нет, – ответила та. – Болезнь сердца бывает и у совсем юных людей. Поймите правильно, мне жаль Лару, но она умерла. А мой подопечный снова впал в депрессию, следовало помочь ему.
– И появилась Валерия, – кивнула я. – Которая через семь месяцев скончалась от инсульта.
