Они поднимали с тротуара шляпки, с любопытством их разглядывали и сокрушённо цокали языками.
— Неужели? — вопросил кто-то.
— Да у него давно дела идут на спад, — ответили в другой стороне. — Мерзкий человечишка, надо сказать. Совсем зажрался!
Через стеклянные витрины я видела, как внутри лавки среди продавцов поднялась суматоха. Они выглядывали наружу, пугались вида разбросанных у порога шляпок и убегали в недра магазина. Видимо, чтобы доложить о случившемся.
И наконец скверная весть донеслась до хозяина.
Растолкав озадаченно толпящихся у входа клиентов, сам мистер Найль вышел вперёд.
— Что за балаган вы тут устроили, мисс Рейнфрид? Я вызову полицию!
— Вызывайте! — выпалила я. — Полиция уж точно разберётся, кто в этом виноват!
Конечно, обратиться в участок по факту нанесения умышленного вреда имуществу, можно было сразу самой. Но для меня важна была демонстрация деяний мистера Найля перед его же покупателями.
И определённых успехов мы с Зинаутом точно добились. В собравшейся вокруг нас толпе озадаченно обсуждали, как же такое могло случиться.
И многие, к слову, поддерживали мысль о том, что владелец мог устроить подобное вполне хладнокровно. Некоторые начали отмечать, что шляпки, несмотря на то, что были залиты краской, весьма красивы и такая разнообразная коллекция могла вызвать зависть у кого угодно.
Мистер Найль безуспешно пытался убедить меня отойти от двери его магазина и прекратить безобразие. До того мига, пока к месту происшествия не прибыла полиция.
Тогда-то я сопротивляться перестала.
Мы с Зинаутом спокойно отправились в участок."
"Там пришлось посидеть в приёмной и дождаться своей очереди на допрос. Из-за двери я слышала, как распинается мистер Найль, пытаясь доказать констеблям, что я совсем свихнулась, раз устроила такой беспорядок лишь из-за беспочвенных подозрений.
Я уже придумала, как именно буду описывать свои “подозрения”, когда меня внезапно вызвали лично к комиссару Нэлладу.
В его кабинете, даже при том, что нас видел весь отдел, мне стало гораздо спокойнее.
Уж он-то будет на моей стороне!
— Я вам просто поражаюсь, мисс Рейнфрид! — выдал он с неожиданным упрёком в голосе. — Зачем вы всё это устроили? Теперь мистер Найль в своих показаниях выставляет вас неуравновешенной самовлюблённой дурочкой, которая возомнила, что ему может быть до вас какое-то дело.
Комиссар досадливо швырнул на стол папку с бумагами. Видимо, внутри лежал весь доклад торговца о случившемся.
— Ну а что мне было делать? — возмутилась я.
