Его супруга, хрупкая, светловолосая женщина чуть за тридцать, выглядела рядом с ним совсем девчонкой, особенно со спины. Видимо, замуж она вышла очень рано. Пожалуй, изящное телосложение дочь как раз переняла от неё.
Кстати, где она? Вряд ли после приезда родителей Клэр останется жить с тёткой.
Но сколько Лестер не таращился на улицу, девушку так и не увидел. Оддо уехал по своим делам, а его супруга вернулась в дом. Грузчики занесли последние вещи, и дверь закрылась.
— Кажется, мистер Рейнфрид приехал в Кальн, чтобы запустить некий перспективный проект? — больше сам себе, чем камердинеру, сказал Лестер.
— Газеты такого не пропустят. Брон, проследи, чтобы у меня на столе каждое утро была свежая.
— Заинтересовались инвестициями? — расправляя рубашку на плечиках, осведомился камердинер.
— Почему бы и нет. В нашем непостоянном мире нужно иметь как можно больше разнообразных источников дохода. И идти в ногу с передовыми технологиями. За ними будущее. Так ведь?
Проходя мимо, он хлопнул камердинера по плечу.
Брон слегка присел и размял место хлопка пальцами.
— Вы, кажется, стали гораздо сильнее, мистер Этелхард. Раньше ваша рука не была такой тяжёлой.
Не слишком надёжный признак, но Лестер внимательно посмотрел на свою ладонь. Если теперь Клэр будет жить так близко от него, всё может начать меняться гораздо быстрее. Об этом ведь говорил профессор?
Столь приятные и интригующие новости значительно подняли настроение. Лестер даже позволил себе немного задержаться и приехал в контору чуть позже обычного, по дороге навестив Имона.
Тот чувствовал себя гораздо лучше: огриты не обладали такой быстрой регенерацией, как ликаниты, но свалить их было гораздо сложнее.
Зато встревоженный взгляд, которым Лестера встретила Риара, сразу вернул его в суровую реальность. Эльфита даже сказать ничего не успела, он заметил, что дверь его кабинета приоткрыта, а замок самым варварским образом выломан.
— Я пыталась его остановить, — шепнула секретарь.
— Но, сами понимаете… Да и полицию вызывать, наверное, не было смысла.
— Вы правильно поступили, что не стали связываться, — кивнул Лестер. — Я разберусь.
Он вошёл в кабинет и сразу прикрыл нос рукавом: внутри было страшно накурено. Так, что сквозь мутное марево почти ничего нельзя было разглядеть. Но через пару шагов сквозь сумрак проступила фигура сидящего в кресле коренастого мужчины. Его ведьмачьи глаза сияли во мраке тысячелетним льдом.
