Его задача тоже второстепенная и в большей степени носит только профилактический характер. Доктор ворчит, недовольный тем, что ему приходится делать:
– Наконец-то мне дали хоть какую-то информацию... Испытания будут проводиться ракетами типа «искандер». По четыре запуска на каждом из двух полигонов. Дальность стрельбы от двухсот до четырёхсот километров из маневрового состояния. Будут поддерживать с нами связь при каждом телефонном соединении с голландскими чеченцами.
– Что нам от их связи... – в ответ ворчит Тобако, наконец-то перестав стучать по колену бумажником.
– Связь чеченцев мы проконтролируем через спутник. Меня интересует телефонный номер Талгата. Как можно его достать? Вот тогда мы и определим его местонахождение. Хочется надеяться, что парни-программисты будут где-то рядом."
"– Есть вариант... Голландские чеченцы... – подсказывает Сохатый. – Они, думаю, сильно интересуются, как обстоят дела у Талгата, поскольку завязаны в единой операции и действия одного не имеют смысла без действий другого.
.. И обязательно будут ему звонить... Или он им, что более вероятно...
– Сомневаюсь, – Андрей не соглашается. – Их разговоры мы и так контролируем, если они не ведутся с других телефонов. А роль чеченцев в этом деле – массовка... Статисты...
– Но тогда получается, что и сам Абдукадыров – тоже статист... – говорит Александр. – Я уверен, что похищение программистов – не больше, чем попытка вывести нас на ложный след.
– Отпадает... – не отрывая взгляда от альбома с рисунками, говорит Пулат.
– Тогда он просто оставил бы их у полевого командира Азиза и не стал бы вытаскивать с таким риском для себя, как встреча с Сохно или со своим бывшим командиром Разиным.
– А если это только усиление маскировки?
– Не вижу смысла в таком усилении. Кроме того, – добавляет Пулат, – надо, конечно, хорошо знать Талгата, чтобы правильно просчитывать его поступки и намерения. Мочилов обязательно составит его психограмму. Надо будет на будущее полюбопытствовать... Поэтому командиру временно прощаются ошибки.
Нам они не прощаются, поскольку мы с ним почти за одной партой сидели, хотя и в разное время. Я с ним, честно говоря, ни разу даже не выпивал... Короче, знаком только мельком. Доктор знал его, насколько я знаю, чуть-чуть лучше. А ещё лучше Дым Дымыч... Когда из кабульской роты сделали батальон, Абдукадыров прибыл с пополнением...
– Мы только полгода вместе служили, – говорит Сохатый. – Потом меня... Ладно... Не об этом...
